В досье, которое д-р Решид направил министру внутренних дел 15 сентября 1915 г., сообщается о «депортации 120 000 армян» из его вилайета[2113]. Эта цифра превышает все армянское население Диарбекира. Известный своим холодным расчетом, Решид не мог дать такие приблизительные цифры. Иное дело, если он включил в них не только армян, но и всех других христиан, пострадавших от принятых «мер». В этой провинции власти, очевидно, не делали различия между католиками и православными сирийцами, с одной стороны, и армянами, с другой[2114], даже если есть основания полагать, что были депортированы и убиты лишь отдельные сирийцы.
Ни для кого не было секретом, что деятельность д-ра Решида направлена на геноцид. Мировой судья из Мардина, принадлежавший к младотуркам, прислал ему 19 октября 1915 г. поздравительную телеграмму по случаю исламского праздника Курбан-байрама, которая, по сути, знаменует окончание ликвидационной кампании. Халил Эдип, хотя и слишком оптимистично, но в стиле божественного откровения, воодушевлявшего элиту младотурок и побуждавшего их к их действиям, приписывает д-ру Решиду освобождение «шести вилайетов» как достижение, «открывающее путь в Туркестан и на Кавказ»[2115].
Даже совершая все эти зверства, турецкая администрация согласно заведенному мадотурками порядку демонстрировала соблюдение определенных юридических и административных формальностей. Вероятно, посол Вайгенхайм в июле 1915 г. принял всерьез полученную информацию о расследовании, проводимом судом Диарбекира по делу «нескольких лидеров партии Дашнакцутюн, обвиняемых в государственной измене», а также о «самоубийстве» городского армянского архиепископа[2116]. В отличие от него, вице-консул в Мосуле Вальтер Гольштейн после опубликования в немецкой прессе официальных опровержений выразил удивление «наивности Порты, считающей, что она сумеет скрыть реальные преступления, совершенные с помощью грубой лжи»[2117].
Массовая резня и депортации в казах Диарбекирского санджака
Когда 27 июня капитан де Ногалес выехал из Диарбекира в Урфу, он во всех встречавшихся ему по пути селах видел обугленные заброшенные дома армян[2118]. В июне все арийское и сирийское население в казах Диарбекирского санджака подверглось такому же насилию, как и христианское население в столице региона. В первую очередь это относится к двадцати четырем населенным пунктам, где проживали несколько тысяч армян, а также к сирийским деревням.
Армянское присутствие в казе Вираншехир было ограничено административным центром с тем же названием. Здесь проживали тысяча триста тридцать девять армян[2119] и не менее такого же количества сирийцев разной конфессиональной принадлежности. Христиане Теллы (сирийское название городка) жили изолированно, практически в курдском окружении и чаще всего были ремесленниками и купцами, очень немногие из которых были уроженцами Теллы. Первые знаменательные события произошли 1 и 2 мая: полиция провела обыск в армянской и сирийской католической церквях. Мы не знаем, что стало причиной этих операций, но, по всей видимости, они были осуществлены против воли каймакама Брагима Халиля, занимающего эту должность с 19 февраля 1913 г. 2 мая 1915 г. его вменил Джемаль-бей, вероятнее всего, по инициативе д-ра Решида. Вслед за этим, как и везде, события последовали одно за другим. 13 мая были арестованы и обвинены в принадлежности к революционному комитету влиятельные армяне и сирийцы-католики. 18 мая была задержана и заключена в тюрьму вторая группа мужчин. 28 мая первую группу подвергли казни. 7 июня «черкесы» (термин, возможно, изобретенный черкесами Решида) приступили к арестам всех лиц мужского пола от двенадцати до семидесяти лет, задержав в общей сложности четыреста семьдесят человек. 11 июня всех этих мужчин конвоировали в близлежащую деревню Хафдемари, где предали смерти. В тот же день часть оставшегося армянского населения согнали в пещеры на окраине и уничтожили. 14 июня та же участь постигла второй конвой, состоявший из женщин. 16 июня третий и последний конвой отправился в Рас-аль-Аин, куда фактически добрались лишь несколько человек[2120].
2113
Приложение к обвинительному заключению лидеров КЕП. Телеграмма д-ра Решида от 15/28 сентября 1915 г. министру внутренних дел: «Takvim-ı Vakayi», № 3540, 5 mai 1919. P. 7, col. 1.
2114
2115
Телеграмма Халила Эдипа от 17 октября 1915 г. д-ру Решиду, цитируется в Necet Bilgi (ed), Reşid, Hayatı ve Hâtıraları. Op. cit. P. 29.
2116
Телеграмма Вайгенхайма от 9 июля 1915 г. канцлеру Бетманну Гольвегу:
2117
Телеграмма Гольштейна в посольство Константинополя от 14 августа 1915 г.: Ibid., doc. 139. P. 134.
2119
2120