С другой стороны, приказ, датированный 12 ноября, отражает более жесткую политику ограничений: «У нас нет возражений против присутствия женщин-ремесленниц, особенно из числа католиков или протестантов, при обязательном условии, что их число не превысит десяти-пятнадцати человек»[2573].
В казе Хюсни Мансур/Адыяман в 1914 г. было двадцать одно армянское поселение общей численностью населения 5202 человека. В административном центре казы Адыямане проживало 3390 человек. Особенностью региона было то, что его северные сельские зоны были населены исламизированными с давних времен армянами[2574].
Первое шокирующее событие в казе произошло 14 мая 1915 г., когда чете[2575] под командованием Хаджи Мехмед Али-бея[2576] уничтожили четыреста армян из каз Бехесни и Адыяман. Супрефект Нури-бей был назначен на эту должность 27 июня 1915 г. и пробыл на ней только до 17 декабря. Он и главарь чете Хаджи Мехмед Али-бей входили в четверку главных преступников региона. Были и другие: начальник жандармерии Мехмед-эфенди, начальник полиции Васфи-бей Мехмед Алиоглу Хаджи Мустафа-эфензи и главарь чете (çetenbaşi) Нуреддиноглу Тыддык, под руководством которого совершались массовые убийства тысяч проходивших через этот район депортированных[2577]. Тыддык мог рассчитывать на поддержку племен зырафкан и зейнел из Колыка. После ареста и уничтожения мужчин остальное население 28 июля отправили в сторону Самсата а затем в Урфу. Двести человек, юношей и нескольких стариков, вырезали в ущелье Каракаик[2578].
В телеграмме от 3 ноября каймакам сообщал мутесарифу Малатьи, что «местных армян не осталось: есть только четыре или пять хозяйств, принадлежащих армянским ремесленникам, пришедшим сюда вместе с семьями и после выполнения необходимой религиозной повинности принявшим ислам»[2579]. Нури-бей также отмечает, что есть несколько мальчиков и девочек, которых «разместили у благонамеренных людей». «Что же касается молодых девушек, которые хотят выйти замуж, — добавляет он, — процесс почти завершен». При этом он сообщает, что не будет обращать в ислам выразивших желание пожилых женщин, т. к. предпочитает выдавать замуж «более молодых женщин»[2580].
Таким образом, большинство армян, которым разрешили остаться в Адыямане, прибыли из других регионов, в частности «женщины из разных мест, которые после обращения в ислам вышли замуж». Другая менее откровенная телеграмма сообщает о том, «как следует обращаться с заключенными»[2581].
1914 г. в административном центре казы Кахта, носившем такое же название, в составе общего населения размером четыре тысячи триста человек проживали две тысячи двести пятьдесят армян. В казе было пятьдесят шесть поселений, располагавшихся в нахие Широ, Гергер, Мердеси и Зеравикан, где более десяти тысяч армян жили рядом с католическими сирийцами, курдами и небольшой популяцией турок[2582]. Расхождение в цифрах между переписью, проведенной здесь патриархией, и официальной переписью огромно: в одних только армянских школах училось больше детей, чем официальная статистика показывала для всего армянского населения казы. Тем не менее сводка о депортациях, представленная мутесарифу Малатьи в сентябре 1915 г., содержала цифры, соответствовавшие данным официальной переписи: в ней говорится о 791 армянине, из которых 715 были высланы, а также о 74 мальчиках и 15 девочках «без отцов или матерей», отданных под опеку «благочестивым людям»[2583]. Более девяти тысяч человек, по-видимому, просто испарились без какого-либо объяснения.
Главная вина за совершенные в регионе преступления лежит на каймакаме Хакки-бее, назначенном на этот пост 9 апреля 1915 г. и остававшемся на нем до 12 июня 1916 г. Он несет ответственность не только за ликвидацию местных армян, как бы много их ни было, но и за операции в полях смерти, находившихся в ущельях самой северной части казы, непосредственно примыкавшей к равнине Фырынджилар. В докладе от 9 декабря 1915 г., представленном Высокой Порте, Хасан Мазхар прямо упоминает «преступления, совершенные каймакамом Кахты». Однако речь идет не о его роли в уничтожении депортированных. Его, скорее, обвиняют в захвате контроля над конвоем армян из Эрзурума, который был в ведении каймакама Хюсни Мансура, т. е. в «превышении своих прав». Мазхар отмечает, что эти двое рассорились, потому что не могли договориться, как «поделить» имущество ссыльных из этого конвоя. Дело еще более осложнилось, когда в него «сунул свой нос» Гаджи Бедри-ага[2584], принадлежавший к племени решван, принимавший участие в «проводах» депортированных, после чего Хакки-бею пришлось отдать ему «часть трофеев, чтобы тот успокоился». Доклад Мазхара возлагает на каймакама Кахты «ответственность за существенный материальный урон», а также за присвоение «законными или личными средствами крупных сумм денег и значительного количества имущества В соответствии с информацией и доказательствами из самых надежных источников, он передал в казну только десять тысяч пиастров». Мазхар отмечает, что «разграбление армянского имущества в казе как официальными лицами, так и населением, приняло невероятные размеры»[2585].
2573
APC/PAJ, Bureau d’information du Patriarcat, liasse XXIX, Մ 579/2, копия шифрованной телеграммы вали Мамурет аль-Азиза Сабит-бея мутесарифу Малатьи от 12/25 ноября 1915 г. (trad. en français: Ibid. Ջ 152).
2574
2575
APC/PAJ, Bureau d’information du Patriarcat, Յ 432–468, doc. cit., свидетельство капитана Фазиля.
2576
APC/PAJ, Bureau d’information du Patriarcat, liasse XXIII, Յ 470–471, ответственные за санджак Малатья, список палачей Адыямана.
2578
APC/PAJ, liasse XXX, Յ 432–466, doc. cit., свидетельство капитана Фазиля;
2579
APC/PAJ, Bureau d’information du Patriarcat, liasse XXIX, Մ 577, заверенная копия расшифрованной телеграммы, Մ 577/1, копия шифрованной телеграммы каймакама Хусни Мансура мутесарифу Малатьи Гусейну Серри-бею от 3 ноября 1915 г. (приложение к телеграмме от 31 октября).
2581
APC/PAJ, Bureau d’information du Patriarcat, liasse XXIX, Մ 578, заверенная копия расшифрованной телеграммы, Մ 579/1, копия шифрованной телеграммы каймакама Хусни Мансура мутесарифу Малатьи Гусейну Серри-бею от 5 ноября 1915 г. (приложение к телеграмме от 31 октября), подтверждает эти данные.
2582
2583
APC/PAJ, Bureau d’information du Patriarcat, liasse XXIX, Մ 578, заверенная копия расшифрованной телеграммы, Մ 578/1, копия шифрованной телеграммы временного каймакама Кахты мутесарифу Малатьи от 15 сентября 1915 г.
2585
APC/PAJ, Bureau d’information du Patriarcat, liasse XXIX, Հ 138 et 139 (dossier XXIII), шифрованная телеграмма главы комиссии по запросам X. Мазхара Блистательной Порте и министерству внутренних дел от 9 декабря 1915 г.