[2689]. И все же недоверие с обеих сторон продолжало расти. Как и вали Диарбекира и Трапезунда, Ахмед Муаммер также являлся лидером местной ячейки. И именно по его приказу в ноябре 1914 г. председатель вилайетского суда освободил из тюрьмы Бюнян сто двадцать четыре преступника; они вошли в состав сформированного в последующем подразделения[2690]. Армянский источник отметил, что отряд бандитов, сформированный в конце осени 1914 г., изначально проводил операции «в режиме максимально возможной секретности, а затем и в открытую»[2691]. Однако Сивас также являлся городом, через который из западных частей империи переправлялись нерегулярные войска. Например, 10 декабря 1914 г. в Сивас прибыло подразделение из тысячи двухсот преступников, двигавшееся на Эрзурум; турецкое население приветствовало их как героев. Воспоминания армянских сельских поселенцев о прохождении этих людей по указанной местности, наоборот, были гораздо менее приятными, поскольку те творили бесчинства в деревнях указанной долины[2692]. Группа Бекира Сами-бея, насчитывавшая восемьсот солдат нерегулярных войск, из которых двадцать офицеров, весь январь провела в деревне Говдун близ города Хафиз, в котором жил Мурад Хримян. Однако эти чете были достаточно осмотрительны, чтобы плохо обращаться с жителями, у которых они были расквартированы, они даже выказывали уважительное отношение к бывшему фидайи, пользовавшемуся большим уважением[2693]. Более того, перечень отмеченных за данный период времени преступлений мог попросту быть сведен к предыдущему криминальном, прошлому этих людей. Сивасский вилайет по-настоящему не начал ощущать влияние войны до момента, последовавшего за неудачным нападением на Сарыкамыш. Так, начиная со 2 февраля армянские деревни на равнине города Сивас были отданы в распоряжение остатков расквартированной здесь 3-й армии. Среди солдат бушевал тиф, который распространился и на жителей этих деревень. Деревни Кизибаса также были вынуждены оказывать помощь в предоставлении продовольствия и крова этим людям Турецкие же поселения были от этого освобождены[2694]. Похоже, что от деревни Говдун потребовали сделать серьезный вклад в обеспечение военной кампании, возможно потому, что здесь жил Мурад. Хотя в данной деревне уже было расквартировано полтора батальона регулярной армии, 30 января из Стамбула на расквартирование прибыл новый отряд чете. Но теперь тон сменился: командующий данным подразделением черкесский офицер сразу же бросился с нападками на Мурада за противодействие «исламу на протяжении двадцати лет» и начал угрожать жителям деревни. Партизан ответил, что единственной целью его борьбы было принятие «конституции», добавив, что «данная деревня не находилась в состоянии переворота»; он призвал к сотрудничеству офицера, ответственного за войска расквартированной в этой деревне регулярной армии. На следующий день, когда Мурад пришел к находившемуся в данном секторе бригадному офицеру просить об отправке обратно этих преступников, ему было сказано, что этот отряд подчиняется непосредственно вали, а не военному командованию[2695]. Затем Мурад покинул Сивас с тем, чтобы увидеться с Муаммером: он описал плачевное положение сельских поселенцев данного вилайета, от которых ожидалось, что они смогут прокормить и расквартировать тысячи солдат. В своем ответе вали заметил: «Похоже, что армяне недовольны нашими успехами». Иными словами, «успехи» Османской империи — о поражении при Сарыкамыше еще не было объявлено публично — якобы должны были раздражать армян, которые подозревались в выказывании симпатии русским. Мурад понял послание очень отчетливо и сразу же созвал собрание армянских представителей всех конфессий для оценки намерений властей, которые казались настораживающими. Армянские лидеры решили быть бдительными, дабы избегать провокаций[2696], которые они уже наблюдали, когда в январе 1915 г. близ дороги между Эрзинджаном и Сивасом были убиты армянские солдаты, отвечающие за транспорт; власти на это не среагировали[2697]. Обеспокоенность армян выросла, когда они узнали о том, что 8 февраля деревня Пьюрк, расположенная в казе Сушехир, была разрушена при загадочных обстоятельствах недавно сформированной группой чете, в которую входил Зарали Магир, один из людей, убивших Саага Одабашяна[2698]. Это убийство, в ходе которого было в убито несколько человек, было особенно символическим потому, что оно было совершено в деревне Пьюрк, которая во времена Абдул-Гамида являлась центром партизан[2699]. Согласно д-ру Хайраняну, военному врачу, получившему образование в Германии, который являлся другом д-ра Пауля Рорбаха, армяне также были обеспокоены и по поводу тех замечаний, которые, как предполагалось, должны были сделать находившиеся в Сивасе немецкие офицеры[2700]. Немецкий врач, которого Хайранян попросил обратиться к властям после атаки на Пьюрк, ответил: «Что мы можем сделать? Что я могу сказать? Лучше подумай о том, как умереть с честью»[2701].
вернуться
APC/PAJ, Bureau d’information du Patriarcat, Մ 497, документ, переданный из вилайета Сивас Административной следственной комиссии, возглавляемой Гасаном Мазхаром.
вернуться
BNu/Fonds Andonian A. Matériaux pour l’histoire du génocide, P.J. 1/3, liasse 49, Sébaste, doc. cit., fº 9.
вернуться
APC/PAJ, Bureau d’information du Patriarcat, doc. № 23, doc. cit.
вернуться
BNu/Fonds Andonian A. Matériaux pour l’histoire du génocide, P.J. 1/3, liasse 49, Sébaste, doc. cit., fº 11. Среди офицеров, командующих этими людьми, были Муавинли Сидки-бей и Мухеддин-бей, а также д Рюшди-бей, который «говорил по-французски».
вернуться
Ibid., fº 12. Это означает, что батальон находился под командованием «Специальной организации».
вернуться
Ibid., fº 12vº. Эта встреча должна была состояться в начале февраля.
вернуться
APC/PAJ, Bureau d’information du Patriarcat, doc. № 23, doc. cit.
вернуться
BNu/Fonds Andonian A. Matenaux pour l’histoire du génocide, P.J. 1/3, liasse 49, Sebaste, doc. cit., ff. 12vº-13; Агуни С. Указ. соч. С. 79.
вернуться
Рорбах был убежденным сторонником немецкого проникновения в Малую Азию и возглавлял ассоциацию, которая способствовала этому; Хайранян был членом этой ассоциации: см. Dadrian V. German Responsability in the Armenien Genocide, Watertown, 1996. P. 114.
вернуться
BNu/Fonds Andonian A. Matériaux pour l’histoire du génocide, P.J. 1/3, liasse 49, Sébaste, fº 13.