31 июля Уильям Петер прибыл в Мерзифон в надежде повлиять на позицию местных властей, в особенности каймакама Файк-бея, и избавить армян, работавших в колледже, от обязательной депортации. Записи его переговоров с каймакамом, тщательно и подробно изложенные американским консулом в отчетах для Моргентау, отражают ту настойчивость, с которой местные власти хотели добиться выдачи учителей, медицинского персонала и молодых девушек из колледжа[2863].
В большом отчете, который Петер адресовал Моргентау после первого визита в Мерзифон[2864], он отмечал, что профессор Манисаджян и профессор Акопян, оба из Колледжа Анатолии, арестованные одними из первых, были позднее «отпущены на свободу после соответствующего вмешательства, но только на некоторое время», т. е. после того как он «подмазал» командира жандармерии Махир-бея, передав через их адвоката 275 турецких фунтов». Кажется, американец был уверен в том, что в результате «армянский вопрос был решен ровно настолько, насколько он их касался, но это было огромной ошибкой, так как это было лишь прелюдией к последующим действиям». Каймакам обвинил американцев в согласии защищать «множество объектов армянской собственности», а также предоставить убежище «многим беженцам». Согласно отчетам американских врачей каймакам, командующий жандармерией Махир и мэр Хусеин-эфенди «успокоили армян», утверждая, что «они могут остаться, а в это время вытрясали из них столько денег, сколько возможно, и затем, когда взять с них было уже нечего, подвергали их высылке». Эмин-бей, командующий войсками, также указывал на некоторые методы, которые использовались этими бесчестными чиновниками для грабежа армян: «эти трое совершили вымогательство в размере 500 турецких фунтов с тридцати пяти жителей, что в итоге дает кругленькую сумму в 17 500 турецких фунтов». Эмин, видимо шокированный этими методами, заявил, что он может засвидетельствовать эти факты, и предложил американскому дипломату проинформировать об этом своё руководство. Отчет консула показывает, что каймакам некоторое время держал в монастыре — несомненно, речь идет о монастыре Богоматери в Коркёй — «несколько сотен армян», где из них «нещадно вытряхивали деньги перед высылкой»[2865].
В разговоре, который имел место 2 августа, Петер попросил каймакама впредь не вмешиваться в «интересы Америки», на что Файк ответил, что ему предписано выслать «всех армян из колледжа и госпиталя — медсестер и прочий персонал — и он ничего не может с этим поделать». Замечание Петера о том, что в таких условиях д-ру Мардену придётся закрыть госпиталь и тем самым оставить Мерзифон «без медицинской помощи», не оказало на собеседника должного эффекта. «Более того, он недоумевал по поводу того, что заставляет иностранцев в это ввязываться, и я видел, что мы имеем дело с фанатиком»[2866]. Казалось, власти Мерзифона применяют методы, опробованные ранее где-то еще и нацеленные на то, чтобы ускорить отъезд миссионеров, затем занять их помещения и ликвидировать армян, занятых в учреждениях. 10 августа начальник полиции и их люди неожиданно появились в Колледже Анатолии и потребовали выдачи армян из колледжа и госпиталя. Согласно свидетельствам Уайта, семьдесят два человека, включая профессоров, сдались добровольно, чтобы предотвратить вторжение полиции в учреждение; их сразу же направили в Зиле в сопровождении жандармов. Мужчин вывели из группы в Йени Хате, связали и убили[2867].
Согласно информации, собранной Петером, каймакам «запросил дополнительно от двух до трех тысяч турецких фунтов в обмен на освобождение школьниц», дипломат же был убежден, что «давать ему деньги не имело смысла, так как в конечном счёте высылке подвергались все без исключения»[2868]. Его предсказание оказалось верным: утром 12 августа полицейские и жандармы силой вошли в колледж и взяли под стражу 73 студентов-пансионеров, а также некоторых учителей. Петер отмечает, что «каймакам командующий жандармерией и мэр, по-видимому, не смогли договориться о разделе денег и, пока они спорили, девушек отправили в путь»[2869]. Согласно Уайту, каймакам пришел к нему лично и предложил «сменить девушкам имена», что означало бы переход в ислам и, как следствие, «под покровительство турецкого правительства и чиновников», раз уж у большинства из них уже не было родителей.
2863
В своем дневнике, сохранившемся в «The Papers of Henry Morgenthau, Sr.» (reel number 5–6), в библиотеке Конгресса (Manuscripts Division, Washington D.С.), американский посол уделяет значительное внимание делу Американского колледжа. Он отмечает, в частности, что он приказал Петеру прибыть в Мерзифон 29 июля и что он лично вел переговоры о судьбе этих молодых женщин с военным министром Энвером-пашой. Некоторые из них в результате были спасены.
2864
US NArch., RG 84, Samsun, c. 49, c. 8. 1, box 5, письмо Уильяма Петера Г. Моргентау, Самсун, 12 августа 1915 г., «Concerne Hopital-College Merzifoun».
2865
Ibid. Петер также отмечает, что «эти люди не получали еды, что привело к вспышке болезней. Д-р Марден хотел направить медсестру, но ему запретили это делать». Ibid.;
2866
US NArch., RG 84, Samsun, c49, c8. 1, box 5, письмо Петера послу Моргентау, Самсун, 12 августа 1915 г.
2867
2868
US NArch., RG 84, Samsun, с. 49, с. 8.1, box 5, рапорт Петера послу Моргентау, Самсун, 13 августа 1915 г.
2869
US NArch., RG 84, Samsun, с. 49, с. 8. 1, box 5, рапорт Петера послу Моргентау, Самсун, 26 август 1915 г.;