Из мемуаров одного из выживших П. Каптаняна[3152], видно, как обращались с колоннами депортируемых, покинувших Самсун, по пути через Токат, Сивас и Малатью, Фырынджилар. Различные записи указывают на то, что конвои депортируемых из Самсуна прошли через Кангал[3153], юг Сиваса, Атаджахан[3154], Гасанчелеби[3155], Кирк Гёз[3156] и Фырынджилар[3157]. Они показывают, что самсунские мужчины после Токата были ликвидированы в Чифтлике, возле Тонуза; что старики и подростки были убиты в Гасанчелеби; и что нескольким десяткам выживших удалось добраться до временного пункта назначения, Алеппо[3158].
Вехиб-паша заявил после прекращения военных действий, что мутесариф Джаника, Сулейман Несми-бей, «благодаря своей сообразительности, чувству справедливости и благожелательности, сумел доставить все караваны армян к границам своей юрисдикции живыми и здоровыми»[3159]. Он, однако, заметил, что «гражданское население попало в руки безответственных мерзавцев, которые не имели представления ни о чести, ни о достоинстве государства»[3160].
Чего не знал американский консул, так это того, что мутесариф Сулейман Несми-бей и председатель местного клуба Иттихада, Сыдкы, координировали операции во всем санджаке Джаник. В Самсуне начальник полиции Сабри-бей следил за отправкой колонн, вместе с армянским священнослужителем Амазаспом вардапетом, который ушел с первой колонной, возглавив ее, за ним последовал священник Мкртич Мегхмуни, католический экзарх. Многие мужчины были убиты к югу от Токата, возле деревни Чифтлик, пункта назначения караванов из Самсуна, Бафры, Чаршамбы, Мерзифуна, Амасии и сельских районов[3163].
В октябре 1915 г. в Самсуне оставалось всего одиннадцать семей, принявших ислам, две армянские семьи, члены которых были гражданами Персии, семьи двух врачей, работавших на фронте, д-ра Касабяна и д-ра Аджемяна, и около ста детей от трех до шести лет, которые сначала были взяты в греческие семьи, а затем отобраны властями и переданы в турецкие семьи[3164].
В этой самой западной казе Черноморского побережья лишь одна местность была заселена армянами в 1914 г.: Бафра, город, лежащий в устье реки Кызыл[3161], армянская община которого насчитывала две тысячи человек. Этих армян депортировали одновременно с армянами Самсуна. Согласно показаниям Кенана-бея, судебного инспектора данного региона, на суде в Трапезунде, каймакам Бафры был убит после того, как он попытался вступиться за армян, депортируемых из его казы[3162]. Нескольким подросткам тем не менее удалось сбежать в Понтийские горы, где они вместе с другими молодыми людьми организовали группу сопротивления[3165].
Чаршамба, бывшая резиденция правительства санджака Джаник, была основана армянскими крестьянами из Ханшина, которые колонизировали эту область с 1710 г. Армянское население казы Чаршамба, расположенной в четырех часах от Черного моря, на берегах реки Ешил, в 1914 г. насчитывало 1800 человек, живших в западной части города. Но этот регион также мог похвастаться двадцатью армянскими деревнями, также основанными людьми из Хамшина, с общим населением 13 316 человек, двадцатью одной церковью и тридцатью тремя школами: Гуршунлу (2800 чел.), Кхапак, Ортаоймак, Эринчак, Кыйыкли, Мартел, Теквари. Такхатлык, Одийбель, Конаклык, Капалак, Агладж, Кабаджниз, Эйридере, Олунпар, Кёкджекей, Акджагёне, Чешмесу, Дасджигидж; Кыстана Кыриш[3166].
Все население Чаршамбы было депортировано, за исключением нескольких сотен человек, которые нашли убежище в горах в группах под предводительством П. Каленяна, Хачика Тулумджяна, Абраама Хачатуряна и Акопоса Кехиаяна[3167].
3152
3159
APC/PAJ, Bureau d’information du Patriarcat, Յ 167–168, dossier de Safet pacha, commandant militaire de Samsun.