Казы Ангоры
Находясь в 30 километрах к западу от Ангоры, Станоз накануне Первой мировой войны был исключительно армянским поселением, которое насчитывало 3142 армяноговорящих жителя. Поселение образовалось только в конце XIV века, и его можно было назвать процветающим. Здесь были построены три церкви, включая одну протестантскую, а также две школы, рассчитанные на 500 учеников. С XVII века Станоз получил известность в основном благодаря производству софэ — особого вида ткани, изготавливаемой из шерсти ангорских овец. Также город славился мастерами по плетению ковров, вышиванию, крашению и выделке кожи[3207].
Уже в августе 1914 г. большая часть экономически активного населения Станоза была мобилизована и введена в состав 3-й армии[3208]. Благодаря близкому расположению к железнодорожной станции Синджана жители поселения были хорошо осведомлены о ходе войны и даже узнали о том, что от 120 до 150 членов армянской элиты Стамбула будут отбывать заключение в тюрьме, находившейся всего в 15 километрах к западу, в Аяше. Начальник станции Хорен Авагян был поблизости в то время, когда их доставили к месту заключения, и смог сообщить об этом семье д-ра Назарета Тагаваряна[3209]. Именно жители Станоза снабжали заключенных в Аяше провиантом и другими предметами первой необходимости, пока последние не выехали в неизвестном направлении. В мае в Станозе начались массовые обыски домов. Первым арестованным стал отец Хорен. Позже, в этом же месяце, пятнадцать видных деятелей Станоза, включая Киракоса Кабземаляна, Арсена Туркменяна и Арутюна Авагяна, были арестованы и отправлены в бараки Зенджырлы Гую[3210].
За ними уже 15 августа последовали юноши старше пятнадцати лет. Около семисот человек были собраны во внутреннем дворе резиденции местных властей, где их арестовали и под стражей отправили в Ангору Несколько дней спустя протестантские армяне были освобождены. Остальных отвели в долину Чаяш Бахджесы и убили. Протестантам было предложено принять ислам; когда же они отказались, их отвезли в место под названием Сейридже, расположенное недалеко от деревни, где они были зарезаны[3211].
Многие женщины и дети были обязаны жизнью мюдиру Ибрагиму Шаху. Он добился того, чтобы семьи призывников остались в деревне, а также нашел дома для остальных жителей турецких поселков нахии[3212]. В отличие от жителей многих других поселений санджаке жители Станоза были в конечное счете частично спасены.
В 1914 г. на территории районов Наллыхан и Михалыччык осталось всего два небольших армянских поселения которые располагались к северу от санджака Ангора. В Наллыхане проживало 1030 армян, Михалыччыке — всего 272[3213].
По словам одного из выживших в Наллыхане, слухи о депортации армян начали распространяться среди турок еще в августе, однако некоторые представители местной знати уже заранее начали объявлять некоторые дома своей собственностью[3214]. И тем не менее только 2/45 августа в Наллыхан прибыл полковник, назначенный начальником по депортациям. Вскоре после этого по звону церковных колоколов все армяне были собраны в церкви, где полковник сообщил им, что семьи военнослужащих могут остаться в городе и что, кроме юношей старше четырнадцати лет, все остальные вольны самостоятельно решать, оставаться им или нет. По словам очевидца, почти сразу представители турецкой знати приказали установить контрольно-пропускные пункты на всех подъездах к городу, чтобы не допустить приезжих к участию в аукционах по продаже армянской недвижимости, которую они сами собирались купить по низким ценам. В течение трех дней по инициативе бейжада Ахмед-бея все армянское имущество перешло в руки турок. Следует также отметить, что турецкая знать предлагала «выкупить» армянскую недвижимость еще до того, как она будет выставлена на аукцион[3215].
6 августа все юноши четырнадцати лет и старше были арестованы и отправлены в ссылку вечером того же дня. Также вместе с ними были отправлены примерно три сотни женщин и детей. Они шли в сопровождении военного эскадрона под командованием Абдулы Селыма Тевфика. Через десять часов дороги жители деревень Ярдиб, Кор Гаджи, Саид Копеджлы и других турецких деревень, находящихся поблизости, несколько раз осуществили нападение на конвой, отобрав у армян продукты, которые были у них с собой. После этого армянам разрешили продолжить путь[3216]. По словам М. Манукяна, который также был в этом конвое, им потребовалось тринадцать дней, чтобы достичь Ангоры, где их заперли в амбаре. Турецкие офицеры и знать, не теряя времени, пришли туда с целью предложить наиболее привлекательным девушкам и женщинам принять ислам и уйти с ними[3217]. Двести шестьдесят мужчин были отделены от остальной группы, после чего их отвели в резиденцию местных властей, а затем заперли в центральной тюрьме, где несколько «личностей» периодически обыскивали их и отбирали все, что у них было: деньги, часы и т. д.
3214
BNu/Fonds
3215
Ibid., fº 12; APC/PAJ, Bureau d’information du Patriarcat, Թ 426, ответственные за депортации в Наллихане.
3217
BNu/Fonds