Предположительно это и были те устные инструкции, которым мутесариф отказался следовать и в результате которых Атиф и Неджати в тот же вечер освободили его от должности, чтобы получить полную свободу действий.
Заявление, сделанное военачальником Йозгата, генералом Салимом Мехмедом, также проливает свет на то, каким образом иттихадисты вмешивались в местные дела и как «закон о временной депортации» служил прикрытием для осуществления преступлений[3242]. В первую очередь генерал упомянул первые две статьи «закона о депортации», переданного ему Шахабеддином — командующим 15-й дивизией, базирующейся в Кайсери. Эти статьи наделяли военачальников полномочиями «немедленно применять военную силу» против всех, чьи действия «противоречат интересам или угрожают безопасности страны»; также военачальники получали право депортировать группы людей, если они «подозревались в шпионаже или измене». Мехмед также отметил, что, согласно телеграмме № 193 от 18 июля 1915 г., «государственные служащие не имеют права вмешиваться в дела общественного порядка и дисциплины; полная ответственность по этим вопросам ложится на представителей военной власти». Тем не менее «люди, которые гордо заявляли о том, что являются членами партии «Единение и прогресс», вмешивались в эти вопросы, без тени сомнений присваивали себе чужое имущество, нарушали закон и порядок в санджаке». По словам генерала, эти люди искали возможности «скомпрометировать армян» и «переложить на них ответственность за подрывные действия». В связи с этим они периодически отправляли правительству «фальшивые официальные и полуофициальные свидетельские показания, в которых содержались сведения, достаточные для того, чтобы статьи вышеупомянутого закона были применены в отношении армян». Однако многочисленные запросы, осуществленные полицией и жандармерией «в ответ на постоянно возникающие вопросы» показали, что армяне Йозгата не имеют никакого отношения к комитетам партий Дашнакцутюн и Гнчак. Тем не менее при участии Неджати-бея те же самые люди предъявили обвинения командующим армейскими войсками и дивизиями, желая уличить их в сотрудничестве с выдуманным армянским комитетом, который, по мнению представителей власти, действительно существовал. По их приказу был проведен обыск с целью поиска оружия, но единственное оружие, которое удалось найти, было то, которое подложили сами обыскивающие. В конечном счёте они получили приказ о депортации армян[3243].
3242
APC/PAJ, Bureau d’information du Patriarcat, Մ 574–577, заявление генерала Салима Мехмеда, военного коменданта Йозгата, перед судьей предварительного расследования в Йозгате, 9 декабря 1918 г.
3243
Ibid. Его показания являются более правдоподобными в том, что он сам отказался «принять участие в программе». Седьмое заседание судебного процесса в Йозгате, 18 февраля 1919 г. Свидетельское показание Халила Ибрахима Реджайи-бея, 45 лет, из Монастира, командующего 5-й армией.