В 1914 г. район Богазлыян насчитывал 32 населенных пункта с общей численностью населения — 35 825 армян, говоривших на армянском языке. Основанная недавно и расположенная в центре огромной равнины деревня, где проживал префект, также носила название Богазлыян. Две тысячи армян, имевших корни в Венгрии и Сивасе, жили в «верхнем квартале» этого поселения. На юге к нему примыкали еще две деревни: Бейлорен (750 чел.) и Гурден (1000 чел.). На северо-востоке находилась деревня Румдыгын. Две тысячи армян, проживавших в этой деревне, составляли две трети населения региона. В северной части региона можно было найти еще одну деревню Киуркджи (200 чел.).
В тридцати километрах от Богазлыяна находилась деревня Эйделы с населением около полутора тысяч человек, большинство из которых занимались виноделием. В двух шагах от нее находились еще несколько деревень: Карахалы, которая насчитывала 2000 жителей, Узунлу — 3000, Гёвенджи — 550 человек. Среди наиболее крупных деревень другой части района можно назвать: Чакмак (1000 чел.), Чокрадан (1000 чел.), Факралы (800 чел.), Мелез (350 чел.), Брункишла (2000 чел.), Келлер (1500 чел.), Ейлендже (600 чел.), Кюмкую (900 чел.), Кедылер (500 чел.), Шатлы (500 чел.), Сачлы (600 чел.), Магар-оглу (450 чел.), Карабуюк (800 чел.), Пёренк (800 чел.), Чат (3500 чел.), Терциллы (2000 чел.), Бебек (1300 чел.), Караягуб (900 чел.), Сарыхамза (1250 чел.), Дашлыгетчыт (250 чел.), Ментеше (1100 чел.), Урнек (1200 чел.) и Чатак (1025 чел.)[3251].
По словам одного из жителей деревни Пёренк, который в первой половине апреля 1915 г. находился в Йозгате, в это же время туда приезжал Энвер. Вскоре после его визита солдаты и жандармы, чтобы «собрать оружие», объехали большинство армянских деревень. Свидетель сообщал, что эти действия сопровождались крайней жестокостью, в частности изнасилованиями молодых девушек, а также грабежами. Другой целью этих набегов был сбор всех мужчин младше двадцати и старше сорока пяти лет. По этой причине были запрещены любые перемещения между деревнями[3252]. Этот же свидетель утверждал, что некто из его турецких знакомых говорил ему, что «рано или поздно турки убьют всех армян, но переложат выполнение этой задачи на отряды башибузуков, чтобы у правительства была возможность впоследствии оправдать себя». По некоторым данным, раскрытым 28 марта 1919 г. на пятнадцатом судебном заседании по делу об убийствах в Йозгте, одна из первых операций действительно была проведена 19 апреля 1915 г. в казе Богазлыяна. В тот день каймакам Кемал, начальник жандармерии Тевфик и мюдир Шайр Шейлы в сопровождении двухсот жандармов провели массовые обыски домов в деревне Чат. Согласно официальному приказу, они должны были собрать оружие и найти преступников. Не сделав ни того ни другого, они принялись за массовые аресты мужской части населения, совершая при этом «все мыслимые и немыслимые жестокости»[3253].
В свидетельском показании майора Тевфика, которое было зачитано 28 марта 1919 г. на пятнадцатом судебном заседании, он сообщал о некоем восстании «бандитов» из деревни Чат, в связи с чем предлагал депортировать армян из этой деревни, а в их дома поселить мусульман. Джемаль-бей, бывший мутесариф Йозгата, тем не менее сказал Тевфику, что армяне, которых он тогда называл «бандитами», в прошлом были беженцами и жертвами депортаций[3254]. На допросе по делу о вышеупомянутом восстании, проведенном 21 февраля 1919 г. на восьмом судебном заседании, полковник Шахабеддин, — командующий 15-й дивизией, базирующейся в Кайсери, подтвердил, что майор Тевфик действительно просил его «предоставить ему солдат для подавления восстания» и что он направил в Богазлыян двести человек. Когда же адвокат со стороны защиты Левон Ремзи спросил у него, «сколько армян принимало участие в восстании», полковник попросил разрешения выйти, чтобы «подышать свежим воздухом». Вернувшись в зал суда, он ответил, что «армянских повстанцев было всего пять или шесть человек и они укрывались в горах»[3255]. Этот эпизод с группой скрывающихся беженцев служит явным доказательством того, что майор Тевфик «выдумал» историю о восстании с целью заранее оправдать проведение насильственных поборов с населения, которые он осуществил сначала в деревне Чат, а затем и в других армянских деревнях.
3251
3252
BNu/Fonds
3255
Свидетельства, опубликованные в газете «Жаманак» 22 февраля 1919 г. С. 4 (на арм. яз.).