Расположенная глубоко в Измитском заливе, в начале XX столетия Никомидия насчитывала двенадцать тысяч жителей. 4635 армян, проживавших в городе, располагались в округе Кадибайир/Карабаш вокруг собора Пресвятой Богородицы в западной части города. Армянское население Измита, говорящее на армянском языке, состояло из ремесленников и торговцев. Вместе с греками они занимали городской рынок, который располагался у подножия античного акрополя, смотрящего вниз на Никомидию. Основными видами экономической деятельности были производство шелка и торговля шелком, производство и продажа табака и соли. Одиннадцать армянских деревень, лежащих в радиусе от пятидесяти до двадцати километров от города, поддерживали с ним тесные отношения[3585]. На юге последней точкой на пути между Измитом и столицей был небольшой город Бардизаг/Баджечик, настывающий 9024 жителя. Расположеный в шести километрах от побережья возле горы Минас, окруженный лесами и плодородными землями, Бардизаг был известен прежде всего выращиванием шелкопряда, виноделием и садоводством. Накануне Первой мировой войны в городе активно действовала крупная армянская миссия, содержащая среднюю школу и госпиталь[3586]. В получасе езды от Бардиздага располагалась деревня Донгель с населением 419 человек. На юге и юго-востоке лежали аграрные центры Закар (население 404 чел.), Манушаг (население 591 чел.), Овачик (население 3303 чел.), Ямавайр (население 264 чел.); и Арсланбег (население 3218 чел.) на северо-востоке.
В северной части казы Измит располагался монастырь Армаш, основанный в 1611 г. Особое значение этого монастыря было связано с тем, что в нем находилась единственная во всей Западной Анатолии армянская семинария. В 1910 г. в деревне, прилегающей к семинарии, насчитывалось 1505 жителей; в основном они выращивали шелкопряд на землях, принадлежащих монастырю. В этой деревне находился мюдир нахие Армаша, Факреддин-эфенди, который впоследствии стал одним из главных организаторов выселения армянского населения из региона. В нескольких километрах на запад от Армаша лежали деревни Даг (население 380 чел.) и совсем рядом Кач (население 202 чел.). В часе езды на северо-восток располагался Хазкал/Пирахмед (население 811 чел.)[3587]. Так, накануне войны общая численность армянского населения во всех населенных пунктах Измита (включая католиков и протестантов) составляла 25 399 человек при общей численности всего населения 70 000 человек, включая значительное количество черкесов, поселившихся в этом регионе в конце 1870-х годов[3588], а также переселенцев из Салоников и Румелии, появившихся здесь после Балканских войн 1912–1913 годов[3589].
В течение рассматриваемого нами периода Адабазар, расположенный в пятидесяти пяти километрах на восток от Измита в непосредственной близости от реки Сакария, без сомнения, являлся вместе с Бардизагом важнейшим региональным центром армян, составлявших половину населения города. Значительная часть из 12 240 армян проживала в центре города рядом с рынком, в приходе Святого Аршанга; остальная часть проживала в Немчелере и Малакиларе. Благосостояние города, приобретенное благодаря постройке анатолийской железной дороги, достигшей Адабазара в 1898 г., приносило выгоду и армянским ремесленникам, и торговцам, обогатившимся за счет шелковых мануфактур, обеспечиваемых сырьем из окрестных деревень[3590]. На юго-восток от Адабазара, на южном побережье озера Сабанка, в 1710 г. армяне основали одноименную деревню, вместе с южным «Новым кварталом» в ней насчитывалось триста шестьдесят жителей. К востоку от города в округе Хандик располагались еще две армянские деревни: Айоц Гюг (население 1007 чел.) и Овив (население 288 чел.). Некоторое количество армян было разбросано по другим населенным пунктам. На юго-западе в округе Акьязи, в небольшой деревне Куп, проживало 1064 православных армянина, чьи предки пришли с Агни[3591].
До весны 1915 г. ситуация в этом регионе, расположенном близко к столице, оставалась относительно спокойной. Во время всеобщей мобилизации в августе 1914 г. большая часть молодых людей была отправлена в трудовые батальоны. Военные поборы вызвали злоупотребления, однако ничто не указывало на скорое насилие. Мутеса-риф Измита Мазхар-бей, занимавший эту должность с 10 июня 1913 г. по 28 сентября 1916 г., был обычным чиновником, беспрекословно выполнявшим все приказы, поступающие из столицы. До весны 1915 г. было арестовано несколько представителей знати и политических активистов, однако, похоже, армяне были убеждены, что эти люди стали жертвами репрессий. Все изменилось с прибытием в Измит двоих представителей КЕП: бывшего начальника стамбульских тюрем Ибрагима-бея и Ходжи Рифата-эфенди[3592]. Оба иттихадиста были направлены в этот регион для того, чтобы руководить депортациями.
3587
3589
APC/PAJ, Bureau d’information du Patriarcat, Յ 914, свидетельское показание о ситуации в Измите от 30 сентября 1920 г.
3592
APC/PAJ, Bureau d’information du Patriarcat, Ի 136, список ответственных лиц в регионе Измит.