Геноцид армян. Полная история

Путь депортации Стамбул-Измит-Ескишехир-Конья-Позанты

Тот факт, что армяне работали на отрезке железной дороги Стамбул — Позанты — Алеппо, явился весьма полезным для депортированных армян. В многочисленных источниках мы можем прочесть о том, что начальники станций, инженеры или врачи, работавшие в компании, оказывали помощь своим соотечественникам. Сеть, основанная в Конье, а затем и в Алеппо, служила прежде всего для передачи подробных сообщений в Константинополь и извлечения нескольких депортированных из колонн[3767]. Благодаря действиям вали Джелал-бея, который занимал свой пост в Конье с 18 июня по начало октября 1915 г., десятки тысяч депортированных армян смогли хотя бы ненадолго остаться в Конье[3768].

Число депортированных армян, которые прошли это путь в августе, сентябре и октябре, могло достигать около четырехсот тысяч человек. Некоторые из них следовали по железнодорожным путям пешком и потом сели на поезд до Позанты. Другие передвигались по железной дороге. Третьи шли пешком всю дистанцию, держась железнодорожных путей, насколько это позволяла цепь Таврских гор. Очевидно, что использование транспортных средств депортированными армянами определялось наличием в их распоряжении денег или ценностей. В то время как немецкие администраторы Багдадбана жаловались, что власти требовали от них бесплатно осуществлять транспортировку депортированных армян, что вело к финансовым потерям для компании[3769], тот факт, что депортированных армян перевозили бесплатно, был находкой для жандармерии или местных властей, которые систематически заставляли депортированных армян платить за их «билеты», иногда требуя оплату, в четыре раза превышающую официальные тарифы[3770]. За исключением нескольких «политических» депортированных, которые находились под неусыпной охраной, те, кто был в состоянии сесть на поезд, путешествовали в двухуровневых вагонах для овец, по восемьдесят человек в одном вагоне[3771]. В нормальных условиях поезд мог проделать путь из Гайдар Паши в Позанты менее чем за двадцать четыре часа; однако война и передвижения войск значительно мешали движению на этой линии, которая во многих местах состояла из одной колеи, и поэтому колонны депортированных часто были вынуждены оставаться посреди поля в течение нескольких часов подряд, без еды или, что еще хуже, без воды[3772].

Депортированные транспортировались не напрямую и не без перерывов, а в несколько этапов. Это привело к формированию импровизированных транзитных лагерей вокруг главных железнодорожных станций. Эскишехир стал первой, самой северной станцией, где был разбит такой лагерь. В конце августа д-р В. Пост, который приехал в город Конья, насчитал от двенадцати до пятнадцати тысяч депортированных армян, остававшихся в тяжелых условиях в палаточном лагере. Он отметил, что местная полиция «защищала» депортированных армян в течение дня, но каждую ночь помогала местному населению грабить лагеря и похищать или насиловать молодых девушек. По информации американского медика, в лагере Эскишехир ежедневно умирало от тридцати до сорока человек[3773]. Д-р В. Пост отметил, что более пяти тысяч депортированных армян, большинство из которых были выходцами из Бурсы, оказались в аналогичных условиях в ловушке на железнодорожной станции Алаюн. По состоянию на 2 сентября далее к югу, в городе Конья, насчитывалось уже от пяти до десяти тысяч депортированных армян из Бурсы, Измита и Бардизага, и среди них свирепствовали дизентерия и малярия[3774]. К середине сентября число депортированных армян там возросло примерно до пятидесяти тысяч, и они жили в огромном «палаточном» лагере[3775]. Отсутствие элементарных санитарных условий, отсутствие питания, и прежде всего воды, привело к тому, что ежедневно гибло много людей, их тела были сожжены на армянском кладбище города[3776]. По словам д-ра В. Поста, ответственный секретарь КЕП и его приспешники воспользовались отсутствием вали в конце сентября и отправили большинство из этих пятидесяти тысяч депортированных армян в Киликию и Сирию. Д-р В. Пост отмечает, что два немецких офицера, разместившиеся на постой рядом с железнодорожной станцией, были свидетелями используемых методов и протестовали против них, но тщетно. Через несколько часов эта человеческая волна была направлена пешком в пустыню Конья. Несколько семей, у которых еще оставались деньги или ценности, выторговали себе право путешествовать по железной дороге с жандармами или полицией[3777].

3767

Чарек Г. Указ. соч. С. 9–13.

3768

Там же. С. 9–10; Тер-Егиаян З. Указ. соч. С. 115.

3769

Feldman. Op. cit. Pp. 138–142.

3770

Отян Е. Указ, соч., nº 26. Отян утвержадет, что ему также пришлось заплатить за билеты для полицейских, которые его конвоировали, и предоставить им ежедневную зарплату; письмо д-ра У. Додда Г. Моргентау, 8 сентября 1915 г., Sarafian A. (éd.). Op. cit. P. 254. Он упоминает, что плата за проезд в вагоне для овец в четыре раза превышала обычный тариф.

3771

Фотография с посвящением отправлена директором Багдадбана президенту Deutsche Bank: Feldman G. D, Op. cit. P. 142.

3772

Свидетельское показание д-ра У. Додда, врача американского госпиталя в Коньи, составленное 21 декабря 1917 г. в Монтклере (Нью-Джерси): Barton J. L. Op. cit. Pp. 145–146.

3773

Письмо д-ра В. Поста Г. Моргентау, 3 сентября 1915 г., Sarafian A. (éd.). Op. cit. P. 246.

3774

Ibid. P. 247.

3775

Свидетельское показание д-ра В. Поста, врача американского госпиталя в Коньи, составленное 11 апреля 1918 г., Лоуренсвил (Нью-Джерси): Barton J. L. Ор. cit. P. 155. Д-р Пост отмечает, что закон о временной депортации применялся для отправки французских и британских граждан из столицы «во внутренние районы страны» (Ibid. P. 153); Свидетельское показание д-ра В. Додда, 21 декабря 1917 г. (Ibid. Pp. 145–146) указывает число депортированных в Конье в 45 000 человек.

3776

Ibid.

3777

Ibid; Свидетельское показание д-ра В. Додда, 11 апреля 1918 г., Лоуренсвил (Нью-Джерси): Barton J. L. Op. cit. P. 156.