Геноцид армян. Полная история

Аресты в Мараше принимали разные формы. Одним из наиболее известных методов был призыв на службу военнообязанных мужчин (даже тех, кто оплатил «бедель»). Военная кампания, которая проходила 15, 16 и 17 июля 1915 г., фактически позволяла властям изолировать этих мужчин, а в лучшем случае — уничтожить[3852]. Среди первых арестованных были одиннадцать известных личностей, включая помощника архиепископа, отца Гевонда Нахабедяна, протестантского священника Агарона Шириджяна, Карапета Налчаяна, Арменака и Назарета Билезигджи, Констана и Овнана Варжапетяна — все они были арестованы в Алеппо[3853]. В ходе беседы с правителем вилайета Джелалом-беем, которая состоялась 21 апреля, протестантский священник Джон Меррил узнал о существовании плана по депортации «беженцев» из Зейтуна, в то время как политикой правительства было «прекращение такой публичной и беспорядочной жестокости». Однако большой опыт американского миссионера позволил ему перевести такое высказывание в следующем русле: «Это план по уничтожению христианского населения без кровопролития, с оттенком законности». Он заметил, что «фальшивые» сообщения, касающиеся армян, были уже отправлены в Стамбул и стали «основой для приказов которые теперь претворяются в жизнь». В заключение он отметил, что первыми депортированными стали лучшие образованные мужчины города, в особенности те, кто имел отношение к миссионерским кругам[3854].

В соседних населенных пунктах, где депортации проводились в то же время, что и депортации армян в Мараше, сопротивление оказали только жители Финдикджаке[3855]. Его быстро подавила армия, которая устроила резню части населения прямо на месте событий, а женщины и дети были депортированы[3856].

Около тридцати мужчин организовали бригады эскадронов, каждая бригада состояла из двадцати солдат нерегулярной армии, которые сеяли панику в регионе. Эти тридцать мужчин также контролировали погромы и были членами комитета, ответственного за «бесхозную собственность». Среди них были Али Хайдяр-ппаша, правитель Мараша; Коджабаши-заде Омер-эфенди, депутат парламента от Мараша; Гари-заде Хаджи-эфенди, бывший депутат парламента от Мараша; Дайи-заде Ходжа Баш, улем (авторитетный знаток ислама); Хаджхи-бей, мэр Мараша; Эджзаджи Луфти, фармацевт; Сарукятиб-заде Мехмед; Эшбе-заде Хаджи Гусейин; Булгариз-заде Абдул Хаким; Сарук-заде Халил Али; Шисман-заде Хаджи Ахмед; Шисманхаде Нури; Ал Аджуз Хаджи-эфенди; Мазман-заде Мустафа; Эвлия-заде Эвлия; Ходдайи-заде Тахсин-бей; Ходайихаде Ахмед; Назиф-заде Ахмед; Ходжабфш-заде Ахмед; Каракючюк-заде Мехмед; Дервиш-эфенди, бывший мэр; Саатбей-заде Шюкрю; Эвилия-заде Ахмед, имам; Баязид-заде Ибрагим-бей; Чушадар-заде Мустафа и Чушадар-заде Мехмед[3857].

Главными местными лидерами «Специальной организации» были Вехби-заде Хасип-эфенди; д-р Мустафа; Кочабаш-заде Джемиль-бей; Ходдайи-заде Окбеш; Мазман-заде Мустафа; Мазман-заде Гасан; Хаджи Ниази-бей, секретарь Министерства финансов; Шакир-эфенди; Джевдет-бей, заведующий корреспонденцией; Атиф-эфенди из Килиса; Омер-эфенди, служащий жандармерии; два сына Омера и Фатмалу-оглу Мустафа. Следующие лица были главным образом ответственными за незаконное взыскание налогов: Баязид-заде Шюкри-бей; Баязид-заде Касим-бей; Баязид-заде Керим-бей; Баязид-заде Гасан-бей; Бухари-заде Абдул Хаким-эфенди; Коджабаш-заде Хаджи Ибрагим; Айнтабли-оглу Ахмед, помощник начальника полиции; Чушадар-заде Мехмед (член местного КЕП); Сафиенин-оглу Ахмед, полковой секретарь; Куса Курек-заде Ахмед, муниципальный инспектор; Джемал-бей, судья криминального суда; Хайруллах-эфенди, учитель идадской средней школы[3858].

Глава 21 Депортации в вилайете Адана

Согласно переписи населения, проведенной католикосатом Великого Дома Киликии, в 1913 г. в Аданском вилайете проживало более восьмидесяти тысяч армян. Они жили в семидесяти городах и деревнях, почти двадцать восемь тысяч из них проживали на правой стороне Аданы в уединении.

Город Адана, в котором накануне Первой мировой войны армянское население насчитывало более двадцати шести тысяч, занимал важное место в политической и экономической жизни вилайета. В его окрестностях располагалось небольшое количество армянских деревень: в северной части — Кристианкёй (190 чел.), в восточной — Инджирлик (250 чел.), находящиеся возле городов Багдадбахн и Мисис (480 чел.), на юго-востоке — Абд-оглу (340 чел.) и Шейхмурад (300 чел.)[3859].

3852

Ibid. Pp. 11–12.

3853

Агуни С. Указ. соч. С. 298.

3854

Ср. выше примечание 4. С. 12–13.

3855

Агуни С. Указ. соч. С. 298. По данным из армянских источников, было убито и депортировано около 900 мужчин, 328 были повешены и 314 рабочих-солдат были расстреляны в июне — июле 1916 г.: BNu/Fonds Andonian A. Matériaux pour l’histoire du génocide, P.J. 1/3, liasse 34, Marach, fº 31, итог депортаций и погромов, составленный в Алеппо, 23 декабря 1918 г.

3856

Ibid. P. 301. Волффскил отмечает, что армяне собрали деньги для подкупа судьи, председательствующего в военном трибунале (Kaiser H. (éd.). Op. cit. P. 15, письмо его супруге, 24 апреля 1915 г.), что благодаря взяткам определенное число жителей Мараша смогло обеспечить себе более благоприятные условия депортации или избежать смертельного приговора.

3857

BNu/Fonds Andonian A. Matériaux pour l’histoire du génocide, P.J. 1/3, liasse 34, Marach, fº 32, итог депортаций и погромов, составленный в Алеппо, 23 декабря 1918 г.

3858

BNu/Fonds Andronian A. P.J. 1/3, liasse 34, ff. 6–9, список ответственных лиц депортаций в Мараше и в его окрестностях.

3859

Kévorkian & Paboudjian. Op. cit. Pp. 265–278.