Интересно отметить, что «по личному требованию Джемаля-паши ничтожно малый процент армян Аданы был отослан в регион Дамаскуса и дальше на юг[3885]. И это снова заслуга бывшего правителя вилайета, помнящего о тех, кем он еще совсем недавно управлял. Он также явно спас их жизни, позволив некоторому количеству армян избежать «путешествия» через расположенные по всему Евфрату концлагеря. Эта особая привилегия для «друзей» свидетельствовала о том, что Джемал-паша был очень хорошо осведомлен о дальнейшей судьбе депортируемых, которых по большей части отправляли в лагеря Сирийской пустыни. После путешествия на поезде в лагерь города Османийе депортированные обнаружили, что их ждало здесь, и продолжили свой путь пешком до концлагерей Интилли и Катма, а затем до транзитного центра Карлик, расположенного близко к железной дороге г. Алеппо. Позже мы увидим роль, которую сыграл Карлик во время второго этапа геноцида[3886].
Среди армян, у которых было право остаться в городе, за исключением ремесленников и квалифицированных специалистов, необходимых армии, были те, кого смог спасти заместитель члена парламента от Козана/Сиса Маттеос Налбандян. Он представил нескольких людей в качестве членов своих семей[3887]. Американской миссии Аданы также удалось спасти нескольких маленьких девочек, посещавших школу миссии[3888].
В докладе 1916 г. австро-венгерский вице-консул в Адане Р. Стёкель составил список из двухсот пяти армянских предпринимателей в Адане и Мерсине, которые прекратили свою деятельность из-за депортаций; многие из них сотрудничали с немецкими и австро-венгерскими фирмами. Таким образом, закрытие армянских фирм повлекло за собой значительные потери у европейских компаний. Стёкель также отметил, что отделение немецкого банка Deutsche Orientbank в Мерсине потерпело огромные убытки, после того как правительственные комитеты конфисковали армянские активы (они служили залогом по кредитам) и передали их эмигрантам из Македонии[3889].
Аданский регион, место транзита депортируемых
Процессию из сотен тысяч депортируемых из провинций Западной Анатолии, проходящую через вилайет Аданы, возглавляла армянская элита г. Стамбула. Они проходили через региональную метрополию в июне 1915 г., т. е. задолго до того, как было депортировано местное население.
Один из наиболее надежных свидетелей, главный секретарь архиепископа Аданы, Керовпэ Папазян, сообщает об обстоятельствах, при которых Назарет Тагаварян, Рубен Зардарян, Гарегин Хажак, Акнуни, Арутюн Джангилян, Саркис Минасян и еще пятеро его компаньонов, изгнанных из Аяша 2 июня, провели несколько дней во дворце[3890]. Папазян рассказывает о том, как по дороге к правителю вилайета для урегулирования определенных административных вопросов его окликнул Тагаварян, его старый знакомый, который просил патриарха Саага I и правителя вилайета разрешить совершить ему и его компаньонам молитву в кафедральном соборе. Исмаил Хакки быстро согласился на их трехчасовое отсутствие. Депортированные политики были немедленно доставлены к архиепископу «в двух закрытых машинах»[3891]. Фактически было похоже на то, что настоящей целью Тагаваряна, помимо всего остального, была встреча с патриархом. Главный секретарь, присутствовавший во время разговора, который проходил между этими мужчинами с прелатом после короткой молитвы, отметил, что заместитель члена парламента от Сиваса казался самым спокойным и бесстрашным человеком в группе, несмотря на то что он достаточно был осведомлен о ждавшей их судьбе. По словам Папазяна, дашнак Рубен Зардарян и Саркис Минасян, напротив, были очень взволнованны и не говорили с публикой[3892]. Нетрудно представить, что подавленное состояние этих закостенелых активистов партии было связано с горечью, которую они чувствовали по поводу политики, проводимой их бывшими союзниками — младотурками, чьи идеологические взгляды они понимали лучше, чем кто-либо, а также с ощущением того, что их обманули.
3885
Доклад Элизабет С. Уэбб, миссионера в Адане, 13 апреля 1917 г., Уитон (Иллинойс):
3888
Письмо Натана Генри Моргентау, 11 сентября 1915 г.:
3890