Фактически первыми прибывшими были трупы, принесенные течениями Тигра и Евфрата, в зависимости от регионов. К 10 июня 1915 г. консул Германии в Мосуле, Гольштейн, уже писал своему послу о том, что «614 армян (мужчины, женщины и дети), высланных из Диарбекира и отправленных в направлении Мосула, были убиты во время путешествия на плоту [по Тигру]. Плоты вернулись вчера пустыми. Уже несколько дней трупы и части тел плавали по реке. Другие колонны армянских «переселенцев» в данный момент находятся в пути, и их, вероятно, ждет та же судьба»[4136]. Ситуация на Евфрате была еще хуже, как утверждает в своем докладе немецкий консул в Алеппо Рёсслер: «Вышеупомянутое присутствие тел в Евфрате, которые были замечены в Румкале, Биреджике и Джераблусе, продолжалось двадцать пять дней, насколько мне сообщили 17 июля. Тела были связаны друг с другом одним и тем же способом, парами, спина к спине. Данная методичная подготовка указывает на то, что это были не случайные убийства, а общий план истребления, детально разработанный властями… Тела стали появляться снова после перерыва в несколько дней в еще больших количествах. В этот раз это были в основном тела женщин и детей»[4137]. Таким образом, в то время как Евфрат позволил избавиться от тел, загромождавших северные провинции, малыми жертвами, они создавали проблемы для местных властей в Сирии и Месопотамии. Некоторые заверенные документы, упомянутые во время суда над младотурками, которые подтверждают сведения, предоставленные немецким консулом, показывают, что такой метод пришелся не по душе Джемалю-паше, главнокомандующему Четвертым армейским корпусом, который имел власть во всем регионе. В телеграмме вали Диарбекира Решиду от 14 июля 1915 г. министр флота пожаловался на то, что по Евфрату плавали тела. Два дня спустя Решид ответил: «Евфрат практически не относится к нашему вилайету. Тела, плывущие по реке, вероятно, принесло из провинций Эрзурум и Харпуг. Тех, кто умер здесь, либо бросили в глубокие заброшенные пещеры, либо, как это часто случается, сожгли. Нет причины хоронить их»[4138].
К концу июля колонны депортируемых из северных регионов начали прибывать в пункты назначения. 27 июля Рёсслер заявил: «Недавно армяне из Харпута, Эрзурума и Битлиса прошли через Рас-эль-Айн (в настоящий момент они находятся на конечной станции Багдадской железной дороги). Отчеты об армянах из Харпута свидетельствуют о том, что мужчин отделили от женщин в деревне в нескольких часах пути к югу от города. Они были убиты, а их тела были сложены по обеим сторонам дороги, по которой позже прошли женщины»[4139]. 30 июля тот же Рёсслер вновь оценил количество депортируемых, прибывших в Алеппо, в десять тысяч, а количество тех, кто достиг Дер-эз-Зора, в пятнадцать тысяч человек[4140]. В докладе от 24 июля М. Гюйс, французский консул в отставке, сообщил «о проходе тысяч людей, все армянские григориане, через город Алеппо». Далее он отметил, что «после двух- или трехдневного пребывания в специально отведенных для них местах эти несчастные, большинство из них мальчики, девочки, женщины и пожилое люди (для молодых людей были определены другие пункты назначения, где они якобы должны были исполнить свои военные обязательства), были отправлены в Идлиб, Марру, Ракку, Дер-эз-Зор, Рас-эль-Айн или пустыню Месопотамии, в места, которые по общему предположению, должны были стать их могилами»[4141]. В конце мая 1915 г. первый импровизированный лагерь для киликийских депортируемых из Зейтуна, Дёртьёла и Хасан Бейли появился на севере Алеппо, в Бабе[4142]. Основная масса колонн, однако, прибыла в июле и августе: «Тысячи вдов, без единого взрослого мужчины, прибыли в Баб; они прибыли из регионов Армении по дороге Мунбудж, в ужасном состоянии, полураздетые. Они должны были отправиться в Алеппо. Количество первых прибывших говорит нам о том, что они были уроженцами Кирга, расположенного в вилайете Ван. Эти люди, а также от десяти до двадцати групп, прибывших после них, были в колоннах от пятисот до трех тысяч человек, включая несчастных детей в неподдающемся описанию жалком состоянии»[4143]. 31 августа, по точным подсчетам Джесса Б. Джексона, американского консула в Алеппо, 32 751 депортируемый прибыл в Алеппо только по железной дороге; 23 675 из них были взрослые и 9076 — дети[4144].
4138
Французский перевод обвинительного акта процесса над иттихадистами:
4144
US National Archives, State Department RG 59, 867 4016/219, № 382, письмо Джексона от 29 сентября 1915 г. и прикрепленный рапорт, адресованные Моргентау: