Сеть транзитных и концентрационных лагерей на севере Алеппо
Перед прибытием в Алеппо колонны проходили через транзитные лагеря. То, через какой лагерь они должны были пройти, зависело от выбранного маршрута. Таким образом, депортируемые из Западной Анатолии или Фракии, прибывшие по третьему маршруту в конце лета и осенью 1915 г., находились в лагерях Конья и Бозанти перед отправкой далее в Османие, расположенный у подножия Аманосских гор в самой восточной части Киликийской равнины[4145]. Транзитный лагерь был создан в месте, известном как Канлыгечит, возле железнодорожной станции Мамура: в августе, сентябре и октябре 1915 г. через него прошло в среднем несколько десятков тысяч депортируемых. «Многие из них голодали, многие были больны, а санитарные условия можно себе представить […] В какой-то момент все палатки были на месте, а уже в следующую минуту можно было видеть только массу бегущих людей. Кого-то гнали штыками и убивали, семьи разделялись и теряли друг друга, грудных детей и стариков бросали»[4146]. Этот импровизированный лагерь регулярно опустошался в период между июлем и декабрем 1915 г. по приказам Субдиректората по работе с депортируемыми, который, таким образом, выдавливал выживших в направлении Ислахие, на восточные склоны Аманосских гор. Начальник управления по депортации [«Sevkiyat müdürü»] отправился в Канлыгечит, чтобы лично контролировать эвакуацию: «Он дал распоряжение большому количеству полицейских и сотням ополченцев окружить эту несчастную толпу практически умирающих людей и, под угрозой кнутов и дубинок, приказал отправляться в Ислахие»[4147]. По словам Ерванда Отяна, прошедшего через этот лагерь в октябре, из сорока тысяч депортируемых, отправленных в Ислахие, на другую сторону Аманосского хребта дошла только половина[4148]. Однако согласно сообщениям Паулы Шафер и Беатрис Ронер, которые в течение нескольких недель занимались тем, что обеспечивали депортируемых Мамуры едой и медицинской помощью, в лагере снова появились «тысячи крошечных низких палаток, сделанных из тонкого материала» в период между серединой ноября и серединой декабря[4149]. Похоже, что около сорока тысяч депортируемых нашли там свое последнее пристанище на протяжении осени 1915 г.
Чтобы добраться до Ислахие, а затем до Сирийской равнины, им нужно было идти маршрутом, который обязывал их пересечь Аманосские горы. По сообщениям швейцарских миссионеров, он был усыпан гниющими телами. Выжившие отправлялись дорогой, которая вела по горным вершинам через Хасанбейли, а затем спускалась на равнину, где снова начиналась Багдадская железная дорога. Ислахие был первым концентрационным лагерем в вилайете Алеппо. «Это, — как сказал немецкий миссионер, — самое печальное, что я видел. Прямо на входе лежала груда мертвых тел […] в непосредственной близости от палаток больных смертельной дизентерией. Количество грязи в палатках и вокруг них невозможно было описать. Только за один день погребальная служба похоронила ни много ни мало 580 человек»[4150]. Священник Григорис Балакян, который провел в регионе несколько месяцев и посещал лагерь осенью 1915 г., сообщает, что Субдиректорат по работе с депортируемыми, использовав недостаток ополченцев и средств транспортировки как предлог, намеренно позволил непрерывно прибывавшим колоннам заполнить лагеря, делая невозможным обеспечение депортируемых предметами первой необходимости и создавая условия для распространения эпидемий: «Люди прибывали в Ислахие тысячами; а уходили ежедневно всего несколько сотен… Были дни, когда депортируемые умирали десятками палаток, даже не десятками, а сотнями, в то же время невозможно было найти здоровых людей, которые могли бы собрать и похоронить умерших… Жертвами были в первую очередь армянские дети… Территория, которая развернулась перед нами, была похожа на поле сражения. Равнина выше Ислахие была покрыта многочисленными земляными насыпями, большими и маленькими. Это были могилы армян, от пятидесяти до сотни тел каждая… Некоторые, к сожалению, были такими же высокими, как холмы»[4151]. По нашим подсчетам, шестьдесят тысяч депортируемых умерли от голода или тифа за десять месяцев, которые действовал лагерь Ислахие, с августа 1915 по весну 1916 г.[4152].
4145
SHAT, Syrie-Liban, 1-V, b.d., dossier 235, 111 р. III–VI. «Rapport sur les mesures d’aneantissement prises contre les Arméniens des régions des monts de l’Amanus» [Доклад о мерах по уничтожению армян в горных регионах Амануса], подписанный д-ром Ф. Овнаняном, врачом на Багдадской железной дороге в Интилли, Вартиваром Кабаяном и Карапетом Геукджеяном, который снабжал Багдадскую железную дорогу продовольствием, Алеппо, 5 января 1919 г.
4146
Рапорт Элизабет С. Вебб, миссионерки в Адане, составленный 13 апреля 1917 г., Уейтону (Иллинуа):
4149
Рапорты Паулы Шафер и Беатрис Ронер от 16 и 26 ноября, 1 и 13 декабря 1915 г. о посещении лагеря Мамуры:
4150
Рапорт Паулы Шафер от 1 декабря 1915 г. о посещении лагеря Мамуры. Ibid., doc. 117. С. 470–471.
4151
4152
Там же, по его словам, уровень смертности в лагере Ислахие составлял сто пятьдесят человек в день: