Германские источники рассказывают о том, что дополнительные отряды жандармов под командованием полковника Хусейн-бея прибыли в регион в начале июня 1916 г. и окружили лагеря, в которых жили рабочие. 13 июня была отправлена первая колонна депортируемых, приостановив работу площадки с 19-го числа. По подсчетам (Уинклера, количество армян, отправленных к 17 июня, составило две тысячи девятьсот человек[4495]. Прекращение работы на строительных площадках предсказуемо повлияло на военную деятельность; это и, вероятно, недовольства со стороны высокопоставленных германских офицеров заставили Энвера издать в отношении вали Аданы ответный приказ. Эффект, однако, был лишь кратковременным. Первая колонна прошла через Ислахие, где один британский офицер узнал от сопровождающих, что этих депортируемых отправили на смерть и заменили британскими и индийскими пленными[4496]. Обсуждение, вероятно, проходило внутри руководства Иттихада, поскольку, в соответствии с ответным приказом от 29 июня 1916 г. со стороны Энвера, оставшиеся пятнадцать тысяч рабочих были отправлены незамедлительно. Последними, кто покинул площадки, были квалифицированные рабочие из Килиса и Марата, семьи которых были депортированы в начале июля[4497].
Галуст Хазарабетян, оказавшийся в третьей колонне, сообщает, что едва они покинули Бахче, как увидели «обнаженные тела, разбросанные по обеим сторонам дороги; некоторые из них были убиты с особой жестокостью, и их тела окружили собаки и грифы». «Я знал, — продолжает Хазарабетян, — о судьбе, уготованной предыдущим колоннам. Состояние этих тел полностью подтвердило информацию, которую я получил. Наша охрана уже начала свое кровавое дело. Тех, кто не успевал за группой, из-за того, что они были больны или слишком стары, убивали сразу, либо выстрелом, либо, чаще, закалывали до смерти штыками… Мы дошли до границ территории Орчан, потеряв большое количество людей. С этого момента ситуация стала еще хуже. С саблями, винтовками, лопатами, вилами, кольями или палками в руках на группу напали Орчаны и начали убивать и грабить. Охранники были довольны их вмешательством. Они не только не пытались их остановить; наоборот, они потворствовали им. Это были по большей части преступники, отпущенные из тюрьмы явно с целью разобраться с армянами… Остановив продвижение колонны и построив ее в одну шеренгу, они провели осмотр всех его членов, одного за другим. Они стали отбирать, в частности, молодых мужчин, одежда и лица которых выглядели чистыми и которые казались более или менее обеспеченными. Они отделили их от остальных и тотчас застрелили»[4498].
По словам того же свидетеля, подавляющее большинство депортируемых, работавших между Ислахие и Ярбаши, было убито между Бахче и Марашом «чуть меньше чем за месяц». Других отправили в Биреджик, Вераншехир, Урфу или даже, в случае последних из них, в Мардин[4499]. Минас Тилбеян, оказавшийся в одной из следующих колонн, однако, сообщает, что его группа была ликвидирована гораздо дальше, в окрестностях Мардина[4500], возможно, из-за того, что она состояла из более крепких одиноких мужчин. Само собой разумеется, что ликвидация этих рабочих, осуществленная местными племенами, а главным образом, жандармами и чете под командованием полковника Авни, была частью огромной кампании, которую координировал Талаат летом 1916 г., нацеленной на уничтожение последних групп выживших, достигших юга. Следует добавить, что рабочих-солдат трудовых батальонов, работавших в регионе, также ждала смерть летом 1916 г.[4501].