В основном длина фамилии обусловлена языком, а длина слова в каждом языке — своя. Но внутри каждого языка она связана с определенными разрядами слов (русские фамилии по своему происхождению — краткие формы притяжательных прилагательных). В моей работе «Длина слова»[283] сделана попытка выявить длину слова по видам речи и указана литература вопроса. Но фамилия — автономный раздел лексики в каждом языке, и приведенные примеры только начало исследования.
Каждая фамилия выражена средствами определенного языка, а средства языков мира различны.
В действительности каждый язык употребляет и гласные и согласные, но в различном соотношении; моими подсчетами обнаружен эмпирический предел: двойное преобладание тех или других — в ительменском языке на Камчатке вдвое преобладают согласные, а в полинезийских языках Океании, наоборот, — гласные[284]. В отдельных же словах различие может достигать крайностей, отраженных в фамилиях: русскому равно непривычно слышать и трудно произнести армянскую фамилию Мкртчян и тихоокеанскую (с о‑ва Науру) Эоаса. Фонетические своеобразия сказываются во всем: и в составе звуков (например, тюркский сингармонизм), и в характере ударения (тоновое или силовое) и месте его (финальное во французском, на предпоследнем слоге в польском) и т. д.
Немало различий и общностей добавляет письменность. Китайскую фамилию, написанную иероглифами, по-разному прочтут в Пекине и Гуанчжоу, только написание позволяет установить, что она одна и та же. Примеры на японском материале привел Н. П. Капул[285].
Далеко от произношения и буквенное письмо: пишем Орлов, а произносим арлоф. Белорусы и грузины утверждают: «Пишем, как говорим», но это самообман. Их орфография хотя ближе русской к произношению, но все же не совсем совпадает с ним. Очень далека от произношения французская орфография: Rousseau (увы, по-русски передать эту фамилию невозможно, любое написание чудовищно исказит ее: Руссо, Руссё и т. п.). Вспомним, что Пушкин, строжайше точный в рифмах, рифмовал ее со словом «всё». Крайним несоответствием произношению знаменита английская орфография. Ее жертвами стали Э. Золя и О. Уайльд. Они читали друг друга, но не встречались. Увидев Золя в театре, Уайльд поспешил к нему, но Золя по визитной карточке не понял, кто это (пишут вильд, а произносят уайльд), и не принял его, и только потом выяснилась ошибка.
Различия обильны не только между языками, но и внутри них. В части Ганновера, близкой к Дании, в фамилиях звучит ‑sen вместо общенемецкого ‑son; литературному von‑ соответствует нижнерейнское van‑. Фамилии верхненемецкого (юго-запад Германии) и нижненемецкого (северо-запад Германии) происхождения и фонетически, и словообразовательно, и лексически различны. Огромный материал на этот счет приведен в словаре немецких фамилий, научно обработанном крупнейшим знатоком их Адольфом Бахом[286].
А. Доза широко показал географию фамилий Франции. В Лангедоке (юго-восток Франции) преобладают Delpart, Debosk, Rey, Tardie, а вне его — Dupré, Dubois, Roy, Tardif; в Бургонии, Франш-Конте, Оверни обильны фамилии с формантом ‑ot; на западе и в Пуату — с ‑equ, ‑ic, а в Иль-де-Франсе — с уменьшительным ‑in[287]. Подобный материал есть по итальянским[288] и по шотландским фамилиям[289].
В Польше и ряде других стран многочисленны региональные словари фамилий, как двухтомник Ст. Роспонда по Силезии[290].
Соответствующие русские примеры — на глазах у каждого читателя: Астахов—Остахов—Остапов — из единого канонического имени Евстафий; четкая география фамилий на ‑их, лексический «антагонизм» Кузнецов—Ковалев, Петухов—Кочетов и обратно. Фамилия Гамзин трудна: глагол гамзить означал на Псковщине «портить», в Лукояновском у. Нижегородской губ. — «торопить», а в Кинешемском у. Костромской губ. — «бранить». Это не исключения, такие ловушки в фамилиях многочисленны. Географически каждая фамилия имеет свой ареал. Сегодня изучать фамилии вне географии не только не научно, но и невозможно. К сожалению, именно по русским фамилиям это не усвоено, сибирские работы В. В. Палагиной[291] остались почти единственным примером (немногое сделали по фамилиям Приуралья Е. Н. Полякова, А. С. Кривощекова-Гантман, Г. А. Архипов, П. Т. Поротников). Зато многое сделали именно в географическом аспекте исследователи фамилий Украины — Ю. К. Редько[292], Белоруссии — М. Н. Бирилло[293], Латвии — В. Э. Сталтмане[294].
284
285
291
293