2. В Греции было много племен; племен же, восходящих к древнейшим временам, было столько, сколько мы теперь знаем греческих диалектов, хотя самих диалектов 4, мы можем сказать, что ионический диалект тождествен древнеаттическому (ибо древние обитатели Аттики назывались ионийцами; от них происходят ионийцы, поселившиеся в Азии, которые говорили на так называемом теперь ионийском языке); дорийский диалект мы считаем тождественным эолийскому, ибо все греки, живущие вне Истма кроме афинян, мегарцев и дорийцев, обитающих около Парнасса, еще и теперь называются эолийцами; естественно предположить, что дорийцы также при своей малочисленности, живя в весьма суровой стране, в силу необщительности до того изменили свой язык и другие обычаи, что больше уже не принадлежали, как раньше, к тому же племени. То же самое случилось и с афинянами: они жили в стране скудной и суровой, в силу чего она, как говорит Фукидид,[1162] не подвергалась опустошению; и афиняне считались ее исконными обитателями, всегда владевшими одной и той же страной, так как никто их не изгонял из нее и даже не стремился овладеть ею. Это обстоятельство, вероятно, несмотря на их малочисленность, и послужило причиной несходства их языка и обычаев с языком и обычаями других греков. С другой стороны, эолийский элемент настолько преобладал в областях за Истмом, что в прежние времена население по эту сторону его также было эолийским; затем эолийцы смешались с другими племенами, так как, во-первых, ионийцы из Аттики захватили Эгиал и, во-вторых, Гераклиды привели с собой назад дорийцев, основавших Мегары и много городов в Пелопоннесе. Ионийцев тем не менее вскоре опять изгнали ахейцы, народность эолийского племени; таким образом, в Пелопоннесе осталось только два племени — эолийское и дорийское. Поэтому все племена, которые меньше общались с дорийцами, как это случилось с аркадцами и элейцами (первые были всецело горными жителями и не участвовали в разделе территории,[1163] а последние считались посвященными Олимпийскому Зевсу, поэтому долгое время сами по себе жили в мире, тем более что принадлежали к эолийскому племени и приняли войско, шедшее назад с Оксилом[1164] при возвращении Гераклидов), повторяю, говорили на эолийском диалекте, тогда как остальные пелопоннесцы употребляли какой-то смешанный диалект из этих двух, одни — с большей, другие — с меньшей примесью эолизмов. И теперь еще почти в каждом отдельном городе население говорит на разных диалектах, хотя в силу преобладания дорийцев считается, что все они говорят по-дорийски. Таковы, следовательно, племена греков и таково в общих чертах их этнографическое деление. Рассмотрим теперь их особо, по порядку.
3. Итак, Эфор говорит, что на западе началом Греции является Акарнания, ибо, по его словам, эта страна первой примыкает к эпирским племенам. Но подобно тому как Эфор пользуется побережьем Акарнании как меркой и начинает оттуда (ибо он руководствуется расположением моря в своем описании местностей, так как иначе он мог бы представить началом Греции области, граничащие с Македонией и Фессалией), так и нам следует, сообразно с естественными особенностями местностей, сделать море своим путеводителем. Это море, вытекая из Сицилийского моря, с одной стороны, распространяется до Коринфского залива, а с другой — образует большой полуостров Пелопоннес, огражденный узким перешейком. Таким образом, Греция состоит из двух весьма больших частей суши: одна часть — по эту сторону Истма, другая — по ту сторону его, которая простирается через Пилы[1165] до устья Пенея (эта последняя есть фессалийская часть Греции);[1166] часть по эту сторону Истма больше по величине и более замечательная. Можно сказать, пожалуй, что Пелопоннес является акрополем всей Эллады;[1167] ибо, помимо славы и могущества живущих там племен, сама топография местностей Греции, испещренной заливами, множеством мысов и (что самое замечательное) большими полуостровами, непосредственно следующими один за другим, наводит на мысль о таком первенствующем положении Греции. Пелопоннес — первый из полуостровов, огражденный перешейком в 40 стадий шириной. Второй полуостров включает первый; его перешеек простирается в ширину от Паг в Мегариде до Нисеи, якорной стоянки мегарцев, на расстоянии более 120 стадий от моря до моря. Третий — охватывает второй; его перешеек тянется в ширину от впадины Крисейского залива до Фермопил, воображаемая прямая линия около 508 стадий в длину, отделяющая внутри полуострова всю Беотию и разрезающая вкось Фокиду и область эпикнемидян.[1168] Четвертый — полуостров, перешеек которого тянется от Амбракийского залива через Эту и Трахинию к Малийскому заливу и Фермопилам, — перешеек [шириной] около 800 стадий. Но есть другой перешеек, более 1000 стадий шириной, который тянется от того же Амбракийского залива через области фессалийцев и македонян к впадине Фермейского залива. Итак, эта последовательность полуостровов подсказывает нам некоторый порядок, подходящий для изложения; я должен начать с самого малого, но наиболее знаменитого из них.