«…Более полугода назад коллектив Специальной конструкторской группы, руководимый главным конструктором т. Челомеем В. Н., внёс предложение о разработке специального самолёта-снаряда для вооружения подводного флота. Для рассмотрения этого предложения в декабре 1954 года, по указанию тов. Хруничева М. В. была создана авторитетная экспертная комиссия специалистов Мин-авиапрома, Минсудпрома и Министерства обороны СССР в составе члена-корреспондента АН СССР т. Струминского (ЦАГИ), академика т. Дородницына (ЦАГИ), главных конструкторов т. т. Антипова Е. Ф. (МАП) и Кузнецова В. И. (МСП), т. т. Рудницкого и Марута (ВМФ), т. Костюк (ЦАГИ) и т. Полушкина (МСП). Комиссия подробно рассмотрела предложение и установила его исключительную ценность, техническую осуществимость и необходимость немедленной практической разработки.
Предложение рассматривалось и было одобрено т. т. Малышевым В. А., Хруничевым М. В., Носенко И. И., адмиралом флота Кузнецовым Н. Г., заместителями министров… Главными конструкторами… и был подготовлен проект постановления Совета министров СССР.
Проект постановления был всеми одобрен и в январе месяце направлен для визирования министру авиационной промышленности т. Дементьеву П. В., который его задержал до сих пор.
…Руководствуясь не государственными соображениями, вопреки морали и этике, т. Дементьев стал предлагать нашу разработку другим конструкторам — сначала т. Сухому, а после его отказа т. Бериеву.
…На наш взгляд, изоляция коллектива от созданной им разработки наносит вред делу.
…Просим Вас рассмотреть это письмо и принять решение.
Аналогичное письмо направлено товарищу Хрущеву Н. С.
По поручению партбюро СКГ МАП
Секретарь партбюро Пузрин С. Б.
Члены бюро: Денисов И. К., Задонский Б. С.
16 мая 1955 г.».
Настойчивость главного конструктора и его коллег дала результаты. П. В. Дементьев[2] — замечательный человек и специалист, патриот, боец — не обиделся на кляузное письмо и не дал делу ход.
Работать В. Н. Челомею в то время было далеко не просто. Как известно, лишь внимание первых лиц государства немедленно делает предупредительными и внимательными их подчинённых.
«В то время он не имел даже пропуска в Кремль, — вспоминал заместитель председателя ВПК Н. Н. Детинов. При необходимости ему приходилось подходить к Кутафьей башне, где было Бюро пропусков, звонить Лебедеву, и либо ему выписывался пропуск, либо кто-то выходил к нему — забрать или передать бумаги. Порой выходил к нему и я».
Тем не менее В. Н. Челомей 5 марта 1955 года официально представил в правительство свои предложения по крылатой ракете МД-1 со стартовым весом 3,6–3,5 тонны, способной достичь цели на удалении до 400 километров при полёте на малой высоте и до 600 километров на высоте 10 километров. Максимальная скорость полёта должна была составить 1500–1600 километров в час. Точность попадания в пределах ±6 километров предусматривалось обеспечить на дальностях до 200 километров, а в дальнейшем и до 400 километров. Пуск предлагалось осуществлять из контейнера диаметром 1,6–1,7 метра при его длине 10–11 метров.
«В. Н. Челомей, — вспоминал В. А. Модестов, — добился встречи с начальником технического управления ВМФ адмиралом П. Г. Котовым и изложил ему свою версию КР для подводных лодок. Более лёгкая ракета размещается со сложенными крыльями в пусковом контейнере, стартует прямо из него с помощью твёрдотопливного двигателя при «нулевых» направляющих пусковой установки. Он показал чертежи и даже масштабную модель КР. Благодаря инициативе и настойчивости адмирала П. Г. Котова идеи В. Н. Челомея заинтересовали руководство ВМФ, Главнокомандующий ВМФ С. Г. Горшков обратился с запиской в ЦК, после чего проект В. Н. Челомея был подвергнут пристрастной и строгой экспертизе. Положительное заключение подписали академики М. В. Келдыш, А. А. Дородницын, А. Ю. Ишлинский и др. На стороне В. Н. Челомея выступил главный конструктор подводных лодок Н. Н. Исанин. Вскоре вышло постановление о создании во главе с В. Н. Челомеем ОКБ-52 с производственной базой в г. Реутове. Всё это предшествовало созданию первого серийного для ПЛ комплекса КР П-5» [45].
Не меньше, чем Н. Н. Исанину, Челомей был обязан поддержкой своих ракет другому конструктору подводных лодок, своему старому другу — П. П. Пустынцеву[3]. С Павлом Петровичем они уже официально рассматривали размещение на ПЛ челомеевских «иксов» — 10Х и 16Х. За работы по созданию лодки для крылатых ракет он взялся с большим энтузиазмом. С лодки проекта 613, переоборудованной под его руководством, были проведены испытательные пуски ракет П-5, а лодки проекта 659 стали первыми серийными носителями этих крылатых ракет. За работы по созданию комплекса П-5 в 1959 году вместе с В. Н. Челомеем он был удостоен звания Героя Социалистического Труда и лауреата Ленинской премии.
2
3