Газета «Коммунист» в номере от 15 марта 1919 г. рассказала о подвиге комсомольца Ивана Чуба — рядового работника подпольной организации.
В первых числах февраля электрик Иван Чуб, взяв очередную пачку листовок, направился на 3-ю станцию Большефонтанской дороги в казармы якобы чинить электрическое освещение. Пока его напарник действительно копался в электропроводке, комсомолец разбросал листовки в местах, где их легко могли найти солдаты. Однако при выходе из ворот он был задержан офицерами:
— Ты большевик! — набросились они на Чуба и стали избивать шомполами, требуя выдать адрес подпольной организации. Истязание продолжалось до тех пор, пока молодой подпольщик не умер. Но умер он как герой, не проронив ни слова.
На Большом Фонтане, против казарм, занятых французскими солдатами, была открыта часовая мастерская. Надпись на дверях гласила: «Часовой мастер владеет французским языком. Заказы французских солдат выполняются вне очереди». Этот «часовой мастер» был подпольщиком. Он установил связи с революционно настроенными французскими солдатами и привлек многих из них к распространению большевистских газет и листовок. Ему удалось даже достать у французов оружие для партизанского отряда.
Знание французского языка пригодилось и подпольщику П. Алину. Рядом с городским театром он открыл портняжную мастерскую. Пользуясь услугами «мастера из Парижа», французские солдаты не только шили и чинили одежду, но и приобщались к большевистской пропаганде. Алину удалось завербовать даже нескольких французских офицеров.
Издаваемые областкомом и Иностранной коллегией газеты, воззвания и листовки распространялись не только в Одессе. Регулярно приезжал в Одессу за нелегальными изданиями подпольщик из села Анатольевки и каждый раз возвращался недовольным, что мало дали ему литературы. Набив большие кожаные чемоданы до половины большевистской литературой, а сверху — сахаром, работники Иностранной коллегии отправлялись в Овидиополь и Аккерман, где стояли воинские части. Непрерывно совершали поездки из Одессы в Яновку, Елисаветград и Очаков большевики Михаил Петрович Краснов и Виктор Борисович Горелов, доставляя местным партийным организациям газету «Коммунист», листовки, директивы областкома. Проверку паспортов, обыски, дорожные невзгоды — все преодолевал подпольщик Эммануил Петрович Мочульский, по поручению Е. Соколовской доставлявший большевистскую литературу в Николаев.
Осведомитель командования «Добровольческой армии» Кирпичников сообщал из Крыма, что большевики ведут агитацию «распространением невероятно большого количества литературы на русском и французском языках, которая, как теперь установлено агентами русской и английской контрразведки, получается в Севастополь пароходом регулярно два раза в неделю из Одессы» [94].
Листовки и газеты на французском языке непосредственно доставлялись и на корабли англо-французской эскадры. Этим занимались коммунисты-подпольщики Я. Елин, М. Трюх, Я. Морозов и другие.
В Одесском порту был катер «Ледокольчик». Машинистом на нем работал подпольщик Михаил Яковлевич Трюх. В январе бухта замерзла и мелкие французские катера не могли держать связь между берегом и кораблями. Трюх сообщил Морскому подпольному комитету, что «Ледокольчик» будет обслуживать французские корабли.
Морской комитет решил воспользоваться этим для распространения «Le communiste» среди команд французских кораблей «Вальдек-Руссо», «Жюстис», «Жюль Мишле» и «Эрнест Ренан», стоявших на Одесском рейде. Трюх получал газету в Морском комитете (Военный спуск, № 8) и относил на катер. Когда матросы привозили из города мешки, ящики и корзины с продовольствием, предназначенным для французов, Трюх выбирал удобный момент и вкладывал в корзины и ящики газеты и листовки.
Приходилось ему выполнять и более сложные задания. Однажды председатель Морского большевистского комитета Б. Гумперт сообщил Трюху, что по поручению Иностранной коллегии на французский корабль необходимо перебросить подпольщика Жака.
— С Жаком мы встретились в Морском комитете, — писал в своих воспоминаниях М. Я. Трюх, — Вечером пошли с ним на катер, чтобы предварительно познакомиться с членами судовой команды. После короткого пребывания на катере Жак ушел. Находившимся на катере двум машинистам я рассказал, что необходимо помочь Жаку переправиться на один из военных кораблей для агитационной работы. Дня через три-четыре к нам на «Ледокольчик» явился Жак, в узелке он принес форму французского матроса. В кубрике переоделся и вместе с группой французских матросов, возвратившихся из города, переправился на французский военный корабль. Там он пробыл сутки, а потом возвратился в город [95].