Тогда же, т. е. в 12.00, полковник Н. И. Дементьев уточнил задачу частей: 206-му стрелковому полку с двумя батареями противотанковых орудий занять и оборонять участок Грабовец, Буцув, Стубно, имея в резерве 7-то стрелковую роту; 1-му стрелковому полку с батареей противотанковых орудий занять и оборонять участок Халупки, Лучице, Седлиска; 197-му стрелковому полку двумя батальонами. занять и оборонять участок Пралковцы, Быхув, выделив 3-й батальон в резерв. Полки должны были прочно удерживать указанные участки, не допускать прорыва противника на нашу территорию, нанося ему мощный удар огневыми средствами и живой силой, отбрасывая его за Сан [60].
Тем временем бои на многих участках границы севернее и южнее Перемышля достигли еще большего накала. Южнее города, у села Пралковце, геройски оборонялась 15-я пограничная застава под командованием лейтенанта Жаворонкова. Тяжелораненый политрук заставы Молчанов залег у пулемета и, пока не была отбита атака гитлеровцев, не прекращал огня [61]. Противнику так и не удалось 22 июня сломить сопротивление заставы.
Бывший командир отделения 15-й заставы К. И. Яковлев так описывает в письме к автору происходившие там события: «В 4 часа на нашу заставу фашисты обрушили ураганный артиллерийский и минометный огонь, но, несмотря на это, мы заняли свои заранее определенные сектора и, после того как враг начал форсировать реку, отбили их попытку. Все же небольшой группе удалось проникнуть в наш тыл. Очевидно, это произошло после того, как погибли в неравном бою те, кто находился на границе. Ведь у нас 4 парных наряда не вернулись на заставу. Мы отбили также попытку атаковать нас с тыла. Из посланных на связь со штабом двух пограничников вернулся одни, другой погиб. Приказ гласил держаться. В 11 часов немцы левее Пралковце, где на реке имелся брод, предприняли новую попытку форсировать Сан. Отражала её выделенная группа во главе с помощником начальника заставы Строевым, который был ранен в этом бою. И эту попытку нам удалось отбить.
Вместе с мужьями отважно сражались на заставе женщины. Жена политрука Молчанова оказывала помощь раненым, а когда сильно наседали немцы, то также брала в руки карабин. Жена начальника заставы Жаворонкова набивала магазины и ленты патронами, подносила их бойцам, В 3 часа дня удалось отправить в тыл женщин, детей и раненых, а мы остались оборонять заставу. Погибли политрук Гарбузов, командир отделения Ветров и другие. Поздно вечером мы получили приказ оставить заставу и отойти в тыл».
9-я пограничная застава этого же отряда в количестве 40 человек под командованием лейтенанта Н. С. Слюсарева (политрук Н. С. Крохалев) в течение пяти часов обороняла железнодорожный мост через Сан в районе Радымно. Для его захвата внезапным ударом фашистское командование использовало усиленный батальон. Но ни покров ночи, ни внезапность не помогли – наступавшие цепи врага были встречены метким и плотным огнем заставы.
Западногерманский историк П. Карелль в своей книге «Мероприятие Барбаросса. Поход на Россию» так описывает бой немецких войск за мост у Радымно: «На южном крыле группы армий, где по реке Сан проходила граница, особенно тяжело пришлось дивизиям 17-й армии генерала фон Штюльппагеля.
Берег реки Сан севернее Перемышля ровный как ладонь. Здесь нет леса, нет оврагов, нет возможности укрыться полкам. Поэтому в начале ночи 22 июня штурмовые батальоны 257-й Берлинской пехотной дивизии начали выдвигаться к границе. «Ни звука», – гласил приказ командира полка. Оружие и снаряжение на солдатах было подогнано, чтобы не издавать шума. «Боже, благослови лягушек», – шептал командир штурмового батальона лейтенант Алике. Их концерт заглушал шум рот, которые продвигались по берегу реки.
Точно в 3 часа 15 минут внезапно поднялись цепи ударной группы у Радымно. Они наносили удар по железнодорожному мосту.
Но у пограничной заставы русские оказали отчаянное сопротивление. Первым из длинного ряда был убит лейтенант Алике. Это была первая жертва дивизии. Вот уже лежат первые ряды мертвых. Солдаты залегли перед пограничной заставой. Мимо них к мосту двигались тяжелые орудия» [62].