На левом фланге дивизии, в районе между Перемышлем и Бирчей, где множество больших поросших лесом холмов, представляющих естественные препятствия, как стало известно из показаний пленных, противник наносил лишь вспомогательные удары. Однако и здесь у дивизии имелось не так много сил, поэтому обстановка складывалась достаточно напряженная. У села Красичин гитлеровцы неоднократно предпринимали попытки переправиться через Сан, чтобы прощупать, насколько прочен стык с соседней слева 72-й горнострелковой дивизией, и в случае успеха прорваться вглубь и создать на этом участке своего рода вторую «клешню» для окружения оборонявшихся у Перемышля советских войск.
На самом левом фланге дивизии оборонялся стрелковый взвод 197-го стрелкового полка под командованием помощника командира взвода комсомольца старшего сержанта В. В. Лобачева. Этот взвод особенно отличился в боях 24 июня. Он дважды контратаковал превосходящие по численности фашистские подразделения, не дал им возможности форсировать Сан и закрепиться на правом берегу. В кратком представлении командования дивизии о награждении Лобачева орденом Красной Звезды говорится, что взвод под его командованием в этот день «уничтожил два взвода противника... Показал самоотверженность и геройство при малом количестве людей» [116].
Успешно отразила попытки врага прорвать оборону 24 июня на своем участке 72-я горнострелковая дивизия.
Фашистское командование делало все возможное для того, чтобы окружить у Перемышля советские войска. С этой целью оно продолжало наносить удары по флангам обороны 99-й стрелковой дивизии со все нарастающей силой.
В ночь с 24 на 25 июня гитлеровцы в полосе 72-й горнострелковой дивизии, продвинувшись вперед, стали обходить левый фланг 197-го стрелкового полка, а это в свою очередь грозило прорывом к городу с юго-востока и возможностью окружения подразделений дивизии, дравшихся на своих ранее подготовленных позициях.
В тот момент, когда штаб дивизии решал, какие меры принять для ликвидации опасности, с докладом о выполнении ранее полученного приказа прибыл начальник полковой школы 197-го стрелкового полка капитан М. А. Мадатьян [117]. В первые же часы войны ему было поручено эвакуировать семьи военнослужащих, находившиеся в городе. Несмотря на все трудности, он вывез на близлежащую железнодорожную станцию большинство семей и отправил их поездом на восток.
Командир 71-го гаубично-артиллерийского полка Л. П. Ищенко (фото 1937 г.)
Начальник полковой школы 197-го стрелкового полка М. А. Мадатьян (фото 1940 г.)
Теперь Мадатьян получил новый приказ: 1-му батальону 197-го стрелкового полка ликвидировать прорыв противника на стыке с левым соседом, отбросить его вклинившиеся части и держаться изо всех сил.
Как показали дальнейшие события, сил для выполнения задания оказалось слишком мало. Там, где врагу удавалось продвинуться вперед, он стремился развить успех, подбрасывая подкрепления, а там, где встречал сопротивленце, шел в обход. Таким образом, фронт обороны дивизии все более удлинялся.
Выдвинулся батальон на новые рубежи ночным форсированным маршем и с ходу вступил в бой, который длился в течение суток. Батальон умело маневрировал огнем и своими подразделениями, несколько раз переходил в контратаки и не давал возможности превосходящему по силе врагу окружить себя. Действовать приходилось в весьма сложной обстановке – при отсутствии связи с соседними подразделениями, без огневой поддержки своей артиллерии, все время в полукольце.
Участники этого боя рассказывают, что для всех примером мужественного поведения служил М. А. Мадатьян. Находясь на самом ответственном участке – на стыке 1-й и 3-й рот, – раненный в руку, капитан оставался с бойцами до конца боя.
На следующий день, получив приказ отойти на другой рубеж, Мадатьян с боем, организованно, сохранив материальную часть, вывел бойцов и занял новые позиции.
Об этих событиях бывший командир минометного взвода лейтенант Н. П. Коновалов в письме автору сообщил: «В период боя была прервана связь штаба полка с батальоном, мне было приказано связаться с батальоном, уточнить обстановку и передать новый приказ. Верхом на лошади я с двумя автоматчиками выехал в район батальона. По прибытии туда я установил, что батальон ночью вел ожесточенный бой, так как кругом были трупы убитых с обеих сторон. В лесу я встретился с капитаном Мадатьяном и бойцами. Они рассказали мне, как упорно дрались они с превосходящими силами противника».
117
Документы, рассказывающие о М. А. Мадатьяне, довольно скупы: «В армии с 1930 года, член ВКП(б) с 1931 года, окончил Тамбовское пехотное училище». Чаще всего в довоенных документах его имя упоминается в приказах, где отмечаются лучшие подразделения полка, дивизии, корпуса, армии. Полковая школа 197-го стрелкового полка, которой он командовал, неизменно отмечалась в них. Школа славилась высокой качественной подготовкой младшего командного состава, она выпускала требовательных, дисциплинированных, знающих свое дело сержантов.
Сохранилась характеристика, в которой сжато, кратко полковник П. П. Опякин писал о капитане Мадатьяне: «Политически подготовлен хорошо. В массово-политической работе участвует активно. Пользуется авторитетом среди бойцов и начальствующего состава. Хороший товарищ. Тактически подготовлен вполне удовлетворительно. Требователен к себе и подчиненным. Из личного и другого оружия стреляет хорошо. Здоров, физически вынослив. Энергичный. Обладает силой воли, Дисциплинирован, настойчив. К работе относится добросовестно. На выполнение задач боевой и политической подготовки актив мобилизовать может. Школа на сегодняшний день подготовлена хорошо» (ЦГАСА, ф. 36862, oп. 1, д. 10, л. 445).