В 22.00 26 июня штаб 197-го стрелкового полка отдал боевой приказ №3:
«1. Противник силою до полка в районе Рушельчице – Быхув при поддержке артиллерийского огня в 4.00 26.06.41 г. под прикрытием дымовой завесы начал форсировать р. Сан, нанося свой главный удар в направлении Быхув, Хижинки с целью отрезать 1-й батальон полка.
2. Справа правым флангом полк опирается на УР на восточной окраине Красичин, слева никого нет.
3. Полку выполнять по-прежнему задачу согласно приказу штаба дивизии №1» [137].
На левом фланге дивизии стойко сражались и пограничники. Об этом очень лаконично сказано в оперативной сводке №49 штаба погранотряда за 26 июня: «Заставы с 16-й по 20-ю продолжают оставаться на местах прежней дислокации» [138].
26 июня гитлеровские войска не смогли не только достигнуть успехов, но на ряде участков сами потерпели поражение. А главное, им не удалось ни сбить 99-ю дивизию с обороняемых позиций, ни поколебать её стойкость. Как вспоминают участники боев, в дни обороны об отступлении не было и речи. Все ожидали подкрепления и приказа о наступлении. Все считали, что такой приказ обязательно будет, 26 июня в 206-м стрелковом волку по рукам ходило обращение, под которым подписывались бойцы и командиры, призывавшее еще лучше драться в обороне и в предстоящем наступлении беспощадно громить врага.
О подвиге, свершенном бойцами и командирами дивизии, узнала вся страна. В вечерней сводке за 25 июня Советским информационным бюро было передано короткое, но многообещающе звучавшее тогда радостное сообщение: «Стремительным контрударом наши войска вновь овладели Перемышлем» [139].
Перемышль был первым городом в Великой Отечественной войне, который наши войска, пусть ненадолго, пусть всего на несколько дней, отбили у врага.
Шел пятый день войны. Гитлеровцы наступали по всему советско-германскому фронту. Наиболее опасная обстановка для советских войск в эти дни и часы складывалась на Северо-Западном и особенно на Западном направлениях. Как мы уже отмечали, главные события на Юго-Западном фронте развернулись севернее Перемышля, где враг сосредоточил основные силы танковых и механизированных соединений группы армий «Юг». 6-я немецкая армия и 1-я танковая группа концентрированными ударами прорвали наш фронт южнее Владимир-Волынского и 24 июня вышли в районы Дубно и Ровно.
Глубокое вклинение немецко-фашистских войск на этом направлении создало серьезную угрозу для советских войск, действовавших южнее. В ожесточенных сражениях под Дубно советские войска задержали наступление 1-й танковой группы и следовавших за ней пехотных дивизий, что дало нашим армиям время и возможность отойти из «львовского выступа».
Учитывая сложность положения, 26 июня 1941 г. Военный Совет Юто-Западного фронта отдал приказ войскам (1-й и 26-й армий на отход. Отвод войск предлагалось начать с наступлением темноты в ночь с 26 на 27 нюня, совершить его организованно, под прикрытием сильных арьергардов, с выделенными для них средствами противотанковой обороны. В непосредственном соприкосновении с противником для маскировки отхода рекомендовалось оставить небольшие подразделения и особое внимание обратить на организацию службы регулирования движения [140].
Получив приказ, 99-я стрелковая дивизия стала готовиться к его выполнению. Времени оставалось мало.
Прежде всего был выработан план выхода из боя и марша частей дивизии. В полки были посланы оперативные работники штаба. Начать отход предполагалось по сигналу – нескольким сильным взрывам в наших тылах.
На первом этапе нужно было вывести войска правого- фланга дивизии из района Медыка – Мосциска, где 206-й стрелковый и 133-й горнострелковый полки и другие подразделения дивизии и пограничников продолжали сдерживать противника.
Для большинства бойцов, оборонявших город, приказ на его оставление был неожиданным. Многие не верили, что им, своей отвагой и кровью отбившим его у гитлеровцев, теперь без боя, непобежденными, надо отходить. Большинству казалось, что они и дальше смогут удерживать свои рубежи, а стоит только подойти подкреплению, и врага удастся не только выгнать с нашей территории, по и гнать его дальше и по ту сторону границы.
Участник обороны Перемышля К. Д. Иванов о царившем среди бойцов и командиров настроении писал автору: «Несмотря на тяжелые бои, на все пережитое в эти дни, никто из вас не ведал страха и все мы чувствовали свое преимущество перед врагом. Ведь в таком духе мы были и воспитаны, а потому и не боялись их. Мы знали, что за нами и рядом с нами сила, которая должна вот-вот ударить. Отступать назад мы не думали. В мыслях каждый был в наступлении и уже на той стороне границы».
140
См. В. А. Анфилов. Начало Великой Отечественной войны (22 июня – середина июля 1941 года). Военно-исторический очерк, стр. 162.