– Я тут не при чем, – рассмеялся Молинью.
– Нет-нет, Жюль, ты не можешь, – вставил Клер. – Я знаю, что ты ведешь эту колонку, поскольку ты был так добр, что время от времени публиковал в ней небольшие заметки о моих друзьях-актрисах.
– И вот какую благодарность за это я получаю! – улыбнулся Молинью. – Но это правда. Понимаете, у хозяина газеты есть странная прихоть. Он присылает мне небольшие сообщения, вне сомнений о его друзьях или о людях, с которыми он хочет подружиться, а я должен помещать их на вершине колонки. А у кого больше прав решать, где находиться таким материалам, как не у хозяина?
– Но можно хотя бы исправлять ошибки хозяина, – предположил Брей. – Или он никогда не ошибается?
– Это самая нелепая часть истории. Однажды он написал, будто та утомительная женщина, наследная герцогиня Джорджины, должна была что-то делать, но я знал, что указанная дата была ошибочной. Я исправил ее на правильную. Ну и переполох поднялся, прямо паника! Я еще никогда не слышал тех выражений, которыми меня называл мэтр Роже; похоже, он получил их от хозяина по телефонной линии Лондон-Париж. С тех пор те заметки идут в печать без проверки.
– Странный тип, ваш хозяин, – заметил Брей. – Что он за человек?
– Даже не представляю, – осторожно ответил Молинью. – Он – практически легенда. Он постоянно собирается прийти в офис, чтобы встретиться с редакцией, но до дела так и не доходит. Нам сказано, что он богатый американец, но кто он и как его зовут мне так же неизвестно, как и вам.
Окончив dejeuner[20] и попрощавшись с двумя журналистами, Брей отправился в неторопливую прогулку по Булонскому лесу, чтобы подумать. Он был сбит с толку услышанным. Если Молинью говорил правду, то на редакцию не оказывалось влияние извне. Напротив, ответственность за все нес собственник газеты. Во всяком случае, колорит делу придавало то, что хозяин газеты не был известен даже Сюрте, так как принял меры предосторожности, чтобы остаться в тени. «Богатый американец» мог быть мифом. Он мог быть одним из эксцентричных парижан. Но тогда зачем весь этот фантастически сложный и дорогой механизм публикации сообщений, когда их можно было размещать и в «Таймс» за пятнадцать шиллингов? Также зачем и почему потребовалось подкупать парижского нотариуса с хорошей репутацией?
Конечно, Молинью мог соврать. Он мог заподозрить Брея, например, откуда-то зная, что такое же имя принадлежит детективу, но это очень маловероятно. Тем не менее, если это так, то понятно, почему он постарался обелить себя и бросить тень подозрения на неизвестного владельца газеты. Но Брей не верил в такую хитрость. Объяснение было таким простым и быстрым, безо всякой перемены в голосе.
В конце концов, наконец, решил он, новое объяснение было не таким уж фантастичным. Было трудно вообразить, что наркоторговцы задействовали редакцию французской газеты для того, чтобы передавать сообщения английским покупателям. Но все становится понятнее, если в дело замешан владелец газеты. Но как?
День был прекрасным, и дух Парижа ударил в голову Брея. Он начинал чувствовать, что на него больше не давят официальные ограничения, которые были так заметны в Англии. Он решился сделать шаг, на который он никогда бы не осмелился в Лондоне. Он решил опросить Роже, притворившись другим человеком.
Он нашел фамилию адвоката в телефонном справочнике и уверенно представился. Клерку в приемной нотариуса он коротко сказал: «Я пришел по делу, связанному с кронпринцем Коссовии. Ваш начальник поймет, о чем я».
Так и было. Его мгновенно допустили к озадаченному маленькому человеку с покрытым морщинами лбом и обликом юриста – внешность адвокатов одинакова в любых странах.
– Из-за чего я удостоен чести принять вас? Вы из свиты Его Королевского Высочества?
Брей кивнул. Если приходилось хитрить, но он старался отходить от правды не слишком далеко, так что он сказал:
– Я – частный детектив. Я служил в британской полиции. Меня зовут Брей, Бернард Брей.
– Никто не превосходит британскую полицию, – вежливо заметил мэтр Роже.
– Спасибо, – поклонился Брей. – Я пришел из-за этого, – он вынул бумажник, в котором хранились вырезки заметки из «Газетт» с описанием деятельности кронпринца. – Как видите, здесь говорится о том, что завтра Его Величество открывает соревнования по велоспорту. Но на самом деле он находится в Южной Америке, и очевидно, что он не может этого сделать.
После того, как Роже взглянул на вырезки, он казался оправдывающимся.