Словно подтверждая мои мысли, Андрей Федорович вновь обратил на меня своё царственное внимание.
— Tell us what you know about the development of the English tenses, Miss Safronova. Unless of course you lived in your fantasy world for the past two days and never had the chance to read the assigned article…[1]
Конечно же, я прочитала заданную три дня назад статью. Уж что что, а к урокам английского я готовилась как к никаким другим — знала, что на них мне точно не спустят даже самых маленьких прегрешений. Мало того — вчера, когда оправились от шока произошедшего и поняли, что эксперимент с гипнозом оказался неудачным, мы с Кирой и Ренатой налегли на словарь с учебником и устроили вечер интенсивного изучения английского языка — общались между собой исключительно на английском, прочитали и разобрали все вместе огромную статью и под конец устроили Ренате пародию зачета, где она наконец-то смогла преодолеть сопротивление собственных упрямых мозгов и ответила почти на все вопросы правильно.
В общем, сегодня у меня язык Шекспира от зубов отскакивал — хоть саму преподавать отправляй.
Но я отчего-то не отвечала на вопрос господина декана, молча кусая губы и глядя на него со своего места во втором ряду. Что-то мешало мне. Какое-то внезапное внутреннее осознание безнадежности всех моих стараний.
Он ведь не отвяжется от меня, этот говнюк — пока не сделает так, что я сменю направление своей карьеры и не исчезну из поля его зрения. Все было бесполезно — мои оценки уже ниже необходимых для того, чтобы найти хоть какую-то практику в нужных кругах. И дальше будет только хуже. Чем сильнее я буду сопротивляться, чем лучше учиться, тем больше буду бесить «его высочество» своим упрямством.
И это он еще вчерашнее не помнит. А если вдруг вспомнит?
Я с досадой вздохнула — эх, надо было не бредни его про дедушек-бабушек выслушивать, а внушить ему что-нибудь полезное для меня. Например, чтобы отстал! Или еще лучше — заставить его поверить, что я не посредственность какая-нибудь, не «провинциалка из села», а наоборот — юный гений, его любимая ученица и будущая звезда отечественной дипломатии! И вообще, что я тоже из старой дворянской семьи, сбежавшей в семнадцатом в Америке, и называть меня полагается не иначе как «ваше светлость».
Стоп! А что если…
— Shall I assume that you don’t have the answer, Miss Safronova, and mark your participation accordingly?[2] — Игнатьев явно начинал терять терпение.
Но я все еще ничего не говорила, потому что меня в буквальном смысле шандарахнуло идеей. А что если… я снова попробую его загипнотизировать?! Он ведь реально ничего не помнит с прошлого раза! Значит, возможно, не запомнит и потом!
Только в этот раз… в этот раз он у меня не отделается эротическими фантазиями и хорошим настроением после долгого сном. О да… Я научу вас уважать меня, господин декан! Мстительная улыбка уже начала растягивать мои губы, но я вовремя сдержала ее и изобразила полнейшее уныние.
— Yes, professor, you’re quite right, — тяжело вздохнула. — I’m not ready because I have been preoccupied with some very unfortunate changes in my path of study… You know that my marks are not quite up to par recently…[3] Могу я назначить с вами встречу кое-что подписать? Сегодня вечером, к примеру?
В аудитории наступила гробовая тишина — до такой степени мое выступление было не к месту и не в тему. Но я знала куда бить. «Кое-что подписать», «смена учебного направления» — всё это говорило о том, что я сдаюсь и бросаю учебу в его элитном заведении, переводясь куда-нибудь в менее престижное место. Это должно было раззадорить Игнатьева, внушить ему ощущение победы и заставить расслабиться. И если моя логика правильная — он просто обязан захотеть принять меня сегодня — ускорить свой триумф и даже посодействовать ему своей подписью.
Однако Андрей Федорович тоже медлил, не веря вероятно в столь быструю победу. Настороженно прищуривался, вглядывался в меня, словно пытался прощупать, где именно он мог проколоться. И, наконец, выдал — к облегчению всех собравшихся, включая меня.
— Хорошо, Сафронова. Подойдешь в мой офис сегодня в районе пяти вечера. Скажешь, что тебе назначено. И… подготовься к зачету по сегодняшней теме. Просто так я ничего тебе подписывать не буду.
Глава 5
— Ты просто с ума сошла с этим гипнозом. Окончательно и бесповоротно сбрендила, — подвела итог эмоциональной, получасовой лекции Кира.
— Я уже сто раз пожалела, что дала тебе эту идею, — в четвертый раз вставила свои пять копеек Рената, задавшись целью вбить мне в голову, что и она тоже принимала участие в отговаривании меня от задуманного плана. Вероятно, чтобы иметь потом удовольствие высказать мне классическое «а я тебе говорила!»
1
Расскажи нам, что ты знаешь о развитии времен в английском языке, мисс Сафронова. Если ты, конечно, не жила в своем воображаемом мире в течение последних двух дней и успела прочитать статью, которую я задал.
2
Могу я предположить, что ответа ты не знаешь, мисс Сафронова, и поставить тебе соответствующую оценку?
3
Да, профессор, вы совершенно правы. Я не готова, потому что была занята кое-какими весьма неприятными изменениями в моем учебном процессе. Вы же в курсе, что у меня не очень хорошие оценки в последнее время…