Reichsnotopfer не только не помог обуздать и остановить инфляцию, но на деле только лишь усугубил ее[22].
Суд был подтасован, но обвинению так и не удалось найти никакого криминала в действиях Эрцбергера, он был кристально чист. Его оппонент, послушное орудие элит, Гельфрейх был найден «виновным в клевете и предъявлении фальшивых обвинений». Он был приговорен к уплате довольно значительных судебных издержек[23] и смехотворно низкого штрафа, малость которого судьи объяснили тем, что «Гельфрейх сумел доказать истинность своих обвинений»[24]. Другими словами, клеветнические измышления Гельфрейха были признаны не беспочвенными, но лишь чрезмерными. Истец уплатил символический штраф и отправился праздновать победу. Решение суда покончило с политической карьерой ответчика: Эрцбергер бросил вызов абсентеистам и попытался, проложив плодотворную дорогу политического взаимопонимания между социалистами и прогрессивным крылом германской буржуазии, достичь возможного в условиях Веймарской республики[25]. Именно поэтому, подобно самой республике, он и был обречен. После суда Эрцбергер ушел в отставку, покинув министерский пост и пообещав вернуться, когда буря уляжется.
Суд вынес свой вердикт 12 марта 1920 года. На следующий день республика пережила первый преторианский мятеж, так называемый путч Каппа—Лютвица.
Миссия Требич-Линкольна и провал Капповского путча
После того как были оговорены условия мира, высшее командование германской армии в лице Гинденбурга и Тренера сошло со сцены. Утратив звено, связывавшее армию с правительством, армия, по существу, оставалась без командования с июня по ноябрь 1919 года.
В образовавшемся вакууме реакционные партии, проявив не характерную для них гибкость, сразу же объединили свои усилия, чтобы захватить то, что представлялось им их законной собственностью[26]. Естественно, Британия предусмотрела и такое развитие событии. То, что британцы наблюдали в 1919 году, когда вместе с союзниками вели невидимую войну против русских белогвардейцев, было движением сопротивления значительных обломков германской армии, пытавшейся самостоятельно реорганизоваться, чтобы удержать захваченные в Центральной Европе территории. Это хотя и несколько сумбурное, но угрожающее шевеление немецкого воинства приобрело отчетливую форму и окраску в Восточной Пруссии и части Прибалтийских стран, где на несколько месяцев после окончании войны окопалась пестрая смесь Добровольческого корпуса и одетых в форму дезертиров, которые упорно сражались с поляками на одном фронте и с большевиками на другом, одновременно братаясь с руководством русского Белого движения.
Послевоенная ситуация стабилизировалась после того, как были обозначены демаркационные линии между Германией и Россией; эти линии были созданы для того, чтобы образовать кордон из новоиспеченных стран — от Чехословакии до Эстонии через Польшу. По условиям версальского эксперимента следовало надежно разделить Германию и Россию. После этого, по настоятельному требованию союзников, самые непокорные из немецких генералов были отозваны на родину. Фон дер Гольц, герой латвийской кампании*
* Гл. 2 стр.116
и яростный противник большевизма, вернулся в Германию в августе 1919 года, но его войска остались на месте, сгруппировавшись вокруг белого авантюриста Авалова-Бермондта. Получая поддержку со стороны крупных немецких промышленников, желавших опрокинуть красных, авангард Авалова стоял наготове, служа зимой 1919 года мостом.
по которому немецкий капитал собирался проникнуть на российские рынки[27]. Перейдя в наступление и сломив сопротивление красных, Авилов и немецкие дивизии рассчитывали соединиться с Колчаком, Деникиным, Врангелем и другими белыми военачальниками.
В декабре 1919 года британский представитель международной комиссии, учрежденной для усмирения этого мятежа, генерал Тернер, сообщал из Тильзита*
* ныне город Советск в Калининградской области, порт российского анклава на Балтийском море
в Восточной Пруссии:
«Создается впечатление, что в Восточной Пруссии до сих пор не знают, что Германия проиграла войну. Военная партия здесь всемогуща, а милитаризм цветет во всех своих формах и проявлениях. Лично я не сомневаюсь в том, что существует заговор, имеющий целью свержение правительства, так же как и не сомневаюсь в том, что у армии достаточно сил для совершения переворота»[28].
23
3-23 Erich Eyck, Storia delta repubblica di Weimar, 1918-1933 (Geschichte der Weimarer Republik) (Torino: Giulo Einaudi Editore, 1966 [1956]), p. 152
25
3-25 Ernst Troeltsch, La democrazia improvvisata, la Germania dal 1918 al 1922 (Napoli: Guida Editori, 1977 [1924]), p. 111
26
3-26 Arthur Rosenberg, Storia della repubblica tedesca (Deutsche Republik) (Roma: Edizioni Leonardo, 1945 [1934]), pp. 99-100
27
3-27 Edward Hallett Carr, The Bolshevik Revolution 1917-1923, Vol. 3 (London: Macmillan & Co. Ltd., 1953), p. 310