Итак, в то время шпионы в СССР засылались в массовом порядке. Засылка в основном проводилась по воздуху (но не только), небольшими, надлежащим образом обученными и великолепно экипированными группами в 2-4 человека. Имевший отношение к этой операции Г. Розицки вспоминает: «Агенты ЦРУ засылались в Россию всеми возможными путями: по суше, морем или с воздуха, из Скандинавии, Западной Германии, Греции, Ирана и Японии. Операции ЦРУ являлись настоящим огневым рубежом. Они прорывали фронт противника, прощупывали на месте его оборону, наводняли население подрывной пропагандистской литературой, призывали его к вооруженному сопротивлению существующему режиму».[138]
В свое время в СССР были в моде многочисленные «шпионские» истории. Далеко не все они были вымышленными, ибо реальная жизнь в изобилии поставляла фактический материал. Одним из таких шпионов был Константин Хмельницкий. Родился он в 1924 году в Брянской области. Попал в оккупацию, где был мобилизован сначала в антипартизанскую «бригаду Каминского», а затем во власовскую армию. В конце войны, страшась ответственности, бежал в американскую зону оккупации. Начались годы скитаний по Бельгии, Франции, ФРГ в поисках работы и куска хлеба. За тяжелую работу безвестному эмигранту платили сущие гроши, и неудивительно, что Хмельницкий мечтал вырваться из замкнутого круга нищеты.
Случай свел его с русским эмигрантом, оказавшимся членом НТС, который и провел первичную политическую обработку встреченного соотечественника. Затем последовало полгода учебы в школе НТС в Западной Германии. Помимо идеологических дисциплин, слушателям преподавались такие на первый взгляд странные для мирной жизни предметы, как топография, правила конспирации, умение обращаться с оружием и изготавливать фальшивые документы. Периодически занятия инспектировали американцы из ЦРУ, приглядывавшиеся к новому человеческому материалу. По окончании школы все странности разъяснились – слушателям в открытую предложили работать на американскую разведку в Советском Союзе. Выбор был невелик – или принять предложение, или возвращаться во Францию и влачить жалкое существование безработного иностранца, без денег и без будущего. Хмельницкий, как, впрочем, и другие слушатели, согласился.
Для начала американцы перевезли будущих шпионов в Мюнхен, где в здании своей разведки пропустили через «детектор лжи». Теперь с ними работали уже только американские офицеры. Затем – обследование в госпитале и кратковременный отдых. После отдыха начались интенсивные тренировки. Учили стрельбе, радиоделу, шифровальному делу, изготовлению фальшивых документов, советским законам и порядкам, прыжкам с парашютом. Обучение окончилось в апреле 1953 года.
Перед вылетом агентам поставили задачу: «Основное – собирать сведения о военных базах, аэродромах, оборонных заводах, а также о заводах, имеющих наиболее важное значение… Затем мы должны были добыть любым путем документы, в частности настоящие паспорта, а также вербовать агентов, общаться с людьми, собирать сведения об их политических взглядах, чтобы сообщать, о чем думают советские граждане. Посылать донесения можно было двояким путем: по радио и тайнописью по почте…».[139] После инструктажа, в ночь с 30 апреля на 1 мая 1953 года, их посадили в четырехмоторный американский самолет без опознавательных знаков и сбросили над территорией Белоруссии. Хмельницкий со своим напарником счел за лучшее явиться с повинной, поэтому их не осудили за шпионаж, а предоставили возможность свободно жить в Советском Союзе.
Другой группе диверсантов, в которую входили Лахно, Маков, Горбунов и Ремига, повезло меньше. Все они во время войны также сотрудничали с немецкими оккупантами, а по окончании ее бежали в Западную Германию, где и были подобраны американцами. После шпионской подготовки в ФРГ группа была переправлена на американскую базу в Греции. На этом, предпоследнем, участке пути диверсантов курировал майор американской разведки Ф.Г. Ирвинг, в 1951 году трижды приезжавший в СССР под официальным прикрытием дипломатического курьера госдепартамента США. Им было приказано пробраться в Киев и Одессу любой ценой, вплоть до убийства людей, добыть настоящие советские паспорта и по ним осесть в указанных городах. Затем они должны были по радио выйти на связь с американским разведывательным радиоцентром в ФРГ для получения дальнейших указаний. Им предстояло заниматься диверсиями и террористическими актами на территории СССР. Экипировка всех четырех шпионов была солидная: огнестрельное оружие, цианистый калий, четыре коротковолновые радиостанции американского производства, радиомаяки для наводки самолетов на цель, средства тайнописи, приспособления для изготовления фальшивых советских документов, крупные суммы советских денег, золотые иностранные монеты и клише с текстом антисоветских листовок. В ночь на 26 апреля эта группа была сброшена с американского самолета над территорией Украины. Однако, как уже говорилось, им не повезло. Лахно и Маков были арестованы уже на следующий день, а к концу дня пойманы и оставшиеся два парашютиста. Учитывая все обстоятельства дела, Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила всех четырех шпионов к расстрелу.
Вскоре новое руководство ЦРУ сочло за лучшее свернуть и операцию «Редсокс» по массовой заброске агентов в Советский Союз. Американский профессор Д. Ричелсон по этому поводу отмечает: «В 1954 году заброска агентов практически прекратилась. Потери были большими, затраты – значительными, а результаты – минимальными. Появились другие возможности».[140]
Новые возможности, старые методы
К числу таких возможностей относилась работа кадровых разведчиков под дипломатической «крышей». После 1953 года, когда советский режим несколько «потеплел», эта работа усилилась. Таких замечательных историй, как с Гроу и его дневником, больше не случалось, но методы сбора информации намного изощреннее не стали. В книге «История органов госбезопасности» приводится рассказ о том, как осенью 1953 года два помощника военного атташе посольства США решили совершить путешествие на Дальний Восток и что из этого вышло.
Причин запретить поездку не было. Между тем по своим каналам КГБ узнал, что вояж будет разведывательным и что американцев интересует Транссибирская магистраль и военные и промышленные объекты вдоль нее. Надо было устроить все так, чтобы съездить дипломаты съездили, а узнать ничего не смогли.
С ними поступили по-простому. На Дальнем Востоке гостям предложили поездку по Амуру. Естественно, устоять перед соблазном прокатиться на катере по пограничной реке было невозможно. А пока американцы гоняли по Амуру на катере, разглядывая берега, в их номере в гостинице побывали оперативники. Отснятую пленку засветили рентгеновской аппаратурой, а шпионские записи сфотографировали (позже по ним узнали, какие именно объекты интересовали американскую разведку). Естественно, вернувшись в Москву и попытавшись проявить пленки, путешественники поняли, что у них кто-то побывал. Но не пойдешь же жаловаться прокурору, что вот мы снимали-снимали военные объекты, а гадкие агенты КГБ нам пленочки засветили!
В 1955 году группа американских разведчиков собралась посетить Волгоград. КГБ, опять-таки по своим каналам, стало известно, что с собой они везут портативное радиоэлектронное оборудование. На этот раз решено было взять разведчиков с поличным. Их взяли под наблюдение, дождались, пока они смонтируют аппаратуру, и захватили ее прямо в номере гостиницы. Ну и, конечно, аппаратуру изучили до последнего проводка. Технические эксперты Генерального штаба оценили ее так: «Аппаратура предназначена для решения задач нового, ранее не встречавшегося вида агентурной технической разведки. Аппаратура позволяет вести предварительную разведку импульсных, радиолокационных, радионавигационных станций и систем управления реактивным оружием. Разведывательные данные, получаемые с помощью этой аппаратуры, являются исходными и в совокупности с другими разведывательными сведениями имеют большое значение для разработки технических средств подавления нашей радиолокационной системы в ходе боевых действий… Работа разведчиков с указанной аппаратурой представляет серьезную опасность для обороноспособности нашей страны».[141] В конце 50-х – начале 60-х годов ЦРУ разработало операцию «Линкольн». Суть ее проста: заставить ученых работать на разведку. Теперь задействованные в операции американские ученые при контактах с советскими коллегами тоже собирали информацию. Сначала операция проводилась только в области ракетостроения, по которому СССР опережал Штаты. Так, в 1959 году таких агентов-ученых было около 70, а в 1960 году – уже около 100 человек. После 1963 года операция «Линкольн» была распространена и на другие области советской науки и техники.