В Таур пришла женщина в плаще подобном тому, от которого не так давно отказалась сама Миридис. Ей не позволили зайти домой, чтобы одеться и сразу набросились с вопросами. Родные убитых происками Гайдорана и Абоминара приуныли, узнав, что остальным спутникам Айри выжить не удалось, и вдруг воспламенившаяся с новой силой надежда отозвалась почти забытой болью в сердцах. Но и они, как и другие селяне радовались счастливому возвращению женщины. Первыми Айри увидели ее маленькие дети: сын и дочь. Они подбежали и уткнулись ей в ноги. Выступившие слезы радости еще долго не позволяли им высказаться, но и сами по себе они говорили лучше любых слов.
Глава восемнадцатая. Мёдар
За свою жизнь в три пятых века Граниш прошел тысячи верст и еще больше ночей провел в диких краях. Он ловил запахи далеких трав и читал намерения ветров. Далеко не всякий зверь мог сравниться с ним в умении ориентироваться. Он разбирался в грибах и травах, а в поведении птиц видел характер грядущей погоды не хуже любого придворного авгура. И даже ночью, лежа в мастерски сооруженном шалаше и грея ноги у нодьи[35], чувства его не притуплялись усталостью.
Одним днем западней его маршрута находился Временщик. Небольшой город в излучине реки Болотницы вырос из стоянки путников, следующих из южных земель в Таур. Но заходить в него Граниш не стал — здешние края щедры дарами, а перемещаться он предпочитал налегке. Опыт походов и осмотрительность помогли избежать нежелательных приключений, и его глаз безбоязненно радовался красотами природы и обилием памятников древности. Прогуливаясь среди пестрых зарослей цветов и душистых трав, цверг думал о том, что вместо него здесь следовало оказаться Миридис. Некогда клумбы разрослись целыми полями, среди цветов которых сложно было поставить ногу, чтобы их не примять. За дикими садами никто не ухаживал, но каким-то чудом даже спустя сотни лет с момента рождения они продолжали цвести и плодоносить в гармонии, без притеснений сорных трав, которым не нашлось места умыслом творца. Люди называли эти сады платом Велианы. Люди всегда связывали с богиней искусств красоты мира, но Граниш знал, сад сотворила не бессмертная рука, но альва по имени Вилиис. Одно из творений этой загадочной женщины манило искателей приключений, а благословения его искали все смертные. Соблазн был так велик, что Граниш отклонился от маршрута в сторону.
Он пробрался в сердце леса называемого Охотником и теперь стоял перед луком Каатура. Огромный, больше человеческого роста лук из кости дракона натягивала толстая жила гекатонхейра. Сейчас в нем не было стрел, но как только звери Гайдорана выходили за пределы Глухого леса, на тетиве возникала белая острая молния, срывалась и, пролетая несколько сот верст, безошибочно поражала мишень. Граниш полюбовался оружием, но продолжил путь на юг — его цель находилась дальше. Он потратил два лишних дня, прежде чем достиг одного из величайших смертных творений — Кошачьего древа.
У него было пять стволов. Четыре из них — массивные колонны поднимались на одну высоту и сливались в то, что без слепоты походило на туловище. Пятый ствол длиннее и тоньше остальных, выгибался хвостом. У кошки имелась соответствующая голова, даже уши и нос. Изгибом коры она улыбалась, смолой горели оранжевые глаза. Тело увил густой ковер длинных хвойных и очень мягких травинок, колючками топорщились усы. Удивительно Кошачье древо, но еще удивительней его плоды. Формой они походили на крошечных круглых пташек, а вкусившему их давали поистине божественную силу избежать смерти девять раз. Цвело Кошачье древо единожды в девяносто лет, а желающим заполучить редкие плоды не было числа. Один такой плод мог даровать нищему землю, титул, купить безбедную старость.
Сотворение Кошачьего древа проистекает из тьмы Шаэльзира. Однажды рава Фалурд вознамерился очистить зловещий лес. Там он повстречал волка Сихаркада, будущего верного друга. Многие годы обменивались они телами, пока не слились воедино, став первым оборотнем — одним сознанием в двух телах. Разум Фалурда не пережил превращения и тела остались зверю. Сихаркад выживал за двоих, но довлела над ним власть Шаэльзира. Без человека волк уже не мог противиться диким порывам. Он озлился и пропитался ненавистью к людям, в которых теперь видел тюремщиков, некогда держащих его в кандалах. Безвольным Фалурдом он завлек в Шаэльзир друзей мага, где слуги темного лесного духа, лютые, как и волк, звери, похитили их тела и разнесли оборотничество по всему миру. Но той малой кровью не насытился Сихаркад. Он пожрал Фалурда и покинул лес, дабы разнести зло по миру. Не охотился он на зверей, но питался человечиной, отчего становился больше и злее.
35
Нодья — костер, обычно состоящий из двух или трех сложенных друг на друга больших бревен.