Глобальная (мировая) война возникает, скорее, при наличии нескольких центров, а не двух. В Первой мировой войне в борьбу за мировое господство вступили: Германия, Великобритания, Франция, Россия и США. Во Второй мировой основная борьба велась между Германией, Великобританией, США, СССР, Италией и Японией. В то же время конфликтные ситуации эпохи биполярной конфронтации разряжались рядом локальных и региональных конфликтов, но не мировой войной468.
Развитие системы от ее возникновения до упадка и появления новой системы можно считать циклом эволюции международной системы.
Дж. Моделски и П. Морган с конца XV в. выделяют пять циклов международной системы, определяя длину каждого из них в 107 лет. С их точки зрения, последовательно сменяли друг друга мировые «лидеры»: Португалия, Нидерланды, Великобритания (два цикла) и США (с 1914 г.).
Едва ли уместно выделять какую–то количественную длину цикла, хотя бы учитывая известные исторические факты. Так, древний Египет достиг вершины могущества около 1500 г. до н. э., а через тысячу лет перестал существовать как самостоятельное государство. Рим достиг пика могущества (т. е. утвердился как мощнейшее государство) после второй Пунической войны, а через 677 лет пал под ударами варваров. Свыше двух с половиной столетий длился «британский цикл». Если же попробовать проанализировать все известные истории циклы, то едва ли обнаружится хотя бы какая–то повторяемая их длина. Существование международной системы базируется на динамическом равновесии и дисбалансе могущества ее центров. Темпы изменения соотношения могущества «полюсов» системы не имеют тесной привязки к тем или другим равномерным временным периодам. Любое государство мира перманентно аккумулирует силу, но ввиду разной скорости этого процесса уровень могущества мощнейших из них неодинаков. Те государства, которые быстрее достигают значительно большего, чем прочие, могущества, выдвигаются на высшие уровни иерархии и доминируют над другими.
В процессе эволюции международная система последовательно переходит из состояния в состояние, т. е. в каждый конкретный отрезок времени она характеризуется тем или другим порядком взаимоотношений между государствами, ориентациями и сферами влияния и т. п. Среди всех состояний, присущих международной системе, можно выделить: статическое, трансформационное, турбулентное.
Статическое состояние, безусловно, понимается как относительное. Понятно, что параметры системы меняются постоянно, но в данном состоянии это происходит на протяжении продолжительных исторических периодов. Система в этом случае не проявляет заметных изменений, сохраняется внутренняя иерархия и субординация государств. Связи и ориентации также имеют постоянный системообразующий характер.
Трансформационное состояние характерно для периода преобразования системы из одного типа в другой. В системе происходят качественные изменения, сопровождающиеся нарушением упроченных взаимосвязей и ориентаций, порядка субординации государств. Система распадается на две или более подсистем, между которыми начинается борьба в разнообразнейших формах. Все это, как было показано, приводит к возникновению новой иерархии и создания качественно другой международной системы.
Турбулентное состояние встречается довольно редко. Оно наступает в случае одновременного упадка всех (или одного–единственного) центров. Иллюстрацией является падение Римской империи, которое привело к продолжительному «броуновскому движению» в европейско–средиземноморской политике. Аналогичным образом на политической жизни Восточной Азии сказалось падение китайской династии Хань на рубеже II–III вв. Состояние турбуленции характеризуется полной ликвидацией иерархии и субординации, потерей налаженных ориентаций, хаосом в отношениях между государствами, которые стараются на смену утраченным отыскать новые ориентации и сферы влияния.