Первые мегаполисы информационального общества возникли в информационно наиболее развитых странах мира, США и Японии, вокруг Нью–Йорка, Лос–Анджелеса и Токио, а также в районе Осаки и залива Сан–Франциско, как и в других районах Соединенных Штатов с характерными для них сетями предместий — вокруг Чикаго, Детройта и т. п.
Вид современного североамериканского информационального мегаполиса, хорошо исследованного на примере Нью–Йорка689, определяется бурным ростом предместий, застроенных подключенными к электронно–информационным сетям семейными усадьбами и включенными в это пространство учреждениями, фирмами и предприятиями, при оттоке жителей в эти предместья из центров городов (сети), превращающихся в сугубо деловые центры. Связь в такой среде осуществляется не железными дорогами и линиями метро, а автомагистралями и электронными средствами коммуникаций. Новые урбанистические районы в США отмечены не пентхаузами старых городских богатеев или лачугами городской бедноты, а изолированными, окруженными газонами, домами на одну семью, что принадлежат представителям численно превосходящего среднего класса690. Это, разумеется, не ликвидирует разительных отличий между бедными, населенными преимущественно чернокожими (как в Нью–Йорке, Чикаго или Детройте), и богатыми, почти исключительно белыми предместьями, но заполняет пропасть между ними.
Несколько иную ситуацию в плоскости урбанистических процессов наблюдаем в мегаполисах Западной Европы конца XX в.691 Экономическим двигателем города, как и в США, остается центр, учреждения которого включены в сеть глобальной экономики. Он, имея развитую информационно–коммуникационную инфраструктуру, развивается благодаря обработке информации и выполнению контрольных функций. Таким образом, он функционирует не сам по себе, а как узел потоков информации, капиталов и т. п., связанный с аналогичными узлами на всех континентах. Тем не менее предместья европейских городов социально диверсифицированы значительно больше, чем в Соединенных Штатах. Здесь имеем традиционные рабочие предместья в виде жилых массивов многоквартирных домов, населенных преимущественно молодежью, которая принадлежит к среднему классу, непрестижные жилые массивы, где подавляющее большинство составляют эмигранты, и др.
Чем ниже положение города в информационной сети, тем прочнее он сохраняет традиционные черты и, соответственно, чем весомее его позиция в сети информационных и финансовых потоков, тем выше роль информационных услуг в его деловом центре и интенсивнее осуществляется реструктуризация городского пространства. Этот вывод, похоже, касается и большинства мегаполисов азиатских и латиноамериканских стран.
Вместе с тем на примере формирования мегаполисов вокруг залива Сан–Франциско (Сан–Франциско — Беркли — Окленд — Сан–Хосе — Силиконовая долина) и, тем более, в низовье р. Сицзян или Жемчужной речки (Гонконг — Макао — Цзяньминь — Чжаоцин — Фошань — Гуаньчжоу — Хойнчжоу) видим становление полицентрических мегаполисных агломераций. Внешне им во многом подобны городские агломерации стадии индустриального общества (Манчестер — Ливерпуль, Рурский бассейн, Донбасс и др.). Но на доинформациональной стадии развития такие агломерации возникали в районах, богатых естественными ресурсами (в особенности при наличии угля и железной руды), хорошо связанных с другими промышленными центрами традиционными системами сообщения (водный транспорт и железные дороги). В отличие от этого новейшие городские агломерации глобально–информационной стадии развиваются безотносительно к местонахождению полезных ископаемых.
Подъем информациональной городской агломерации вокруг залива Сан–Франциско был непосредственно связан с информационной революцией, символом которой стала расположенная в том районе Силиконовая долина — мировой центр создания новейших электронно–информациональных технологий и их программного обеспечения, над чем здесь работает четверть миллиона специалистов. Именно в Силиконовой долине были разработаны микропроцессор и микрокомпьютер, огромное множество других технологических изобретений, без которых современная информациональная экономика была бы невозможной.
689
Power, Culture and Place: Essaus on New York City. Ed. Mollenkopf J. — N. Y., 1989; Dual City: Restructuring New York. Ed. Mollenkopf J. and Castells M. — N. Y., 1991.
690
691
Cities and Regions in the New Europe: The Global–Local Interplay and Spatial Development Strategies. Ed. Dunford M. and Kafkalas G. — London, 1992;