Модель «догоняющего» развития оценивают по–разному. Одни ученые утверждают очевидную несостоятельность и бесперспективность попыток индустриальных стран добиться ощутимых успехов на пути «догоняющего» развития920. Это предположение они аргументируют тем, что постиндустриальное общество не может быть построено — путем его становления является эволюционное развитие на основе максимальной реализации личностного потенциала людей, достигших высокого уровня материального благосостояния. Как показывает японский опыт, десятилетия заимствования технологий не порождают собственных технологических прорывов. В связи с этим полагают, что эволюционное формирование постиндустриальной системы в ближайшие десятилетия возможно только в США и странах Европейского союза. Поэтому ключевым является вопрос о том, перейдут ли другие — не западные — цивилизации (например, Япония и «тигры» Юго–Восточной Азии) от «догоняющей» индустриальной модернизации к постиндустриальному развитию, встроятся ли они в новую формирующуюся «сверхцивилизационную» общность921.
Другие специалисты делают более оптимистичные прогнозы относительно перспектив «догоняющего» развития и аргументируют это тем, что потенциально у каждого общества есть шанс изобрести нечто такое новое, что будет высшим достижением человечества в данной области и выведет это общество в число монопольных производителей этого продукта. То есть утверждается, что, даже не будучи частью постиндустриального мира, в него можно войти, создав хотя бы один необычный инновационный продукт, конкурентоспособный на мировом рынке922. Такое вполне возможно в условиях современной технологической революции. Но при этом следует иметь в виду, что такой прорыв возможен при наличии в обществе личностей, способных к генерированию нового знания и принципиально новых идей, а интеллект можно воспроизводить только при высоком уровне развития образования, науки и благосостояния, т. е. при осуществлении целенаправленной государственной политики.
Наконец, есть также предположение, что возможен симбиоз постиндустриального и индустриального обществ. Мировой опыт свидетельствует, что, несмотря на самодостаточность постиндустриального общества, оно все же выходит за свои цивилизационные границы, так как нуждается в определенном разделении труда и стремится переложить значительную часть нетворческой, тяжелой и низкооплачиваемой работы на представителей других обществ. Такую работу, в частности, выполняют сейчас динамично развивающиеся страны Юго–Восточной Азии, Китай и Индия.
Вторым направлением придания устойчивости развитию в глобальном мире есть создание системы глобального управления. Сейчас ученые, политики и общественные деятели приходят к выводу, что глобализация, как процесс развития экономической и политической взаимозависимости стран и регионов мира, достигла такого уровня, на котором становится необходимой постановка вопроса о создании системы глобального управления. Есть различные мнения по поводу вариантов и возможностей функционирования такой системы. Некоторые исследователи, например, В. Михеев, отмечают возможность и необходимость создания единого мирового правового поля и мировых органов экономического и политического управления923. Предлагается также, учитывая отсутствие каких–либо мировых центров власти, разработка мировым сообществом механизмов координации согласованных действий как на международном, так и на региональном уровнях.
В 70–80‑х гг. делались предположения о возможности образования в перспективе мирового правительства. Многие теоретики, перенося концепции государственного управления, устоявшиеся на национальном уровне, на глобальный уровень, пытаются представить ведущие международные организации в качестве прообраза будущего глобального правительства и наиболее подходящего инструмента, способного обеспечить управляемость мировым сообществом и мировым хозяйством. Однако реальные процессы глобального развития доказывают, что, по крайней мере, в нынешних условиях это в принципе неосуществимо.