Чего не знали побежденные, так это того, что люди, атаковавшие их этим утром, разумеется, не были ни обычной пехотой, ни даже «обычными» штурмовиками. Группа Кирьянова подбиралась по одному из частей так называемой «тяжелой пехоты», которая сама по себе относилась к «средством усиления». И неуязвимость их объяснялась отнюдь не только уникальным мастерством взаимодействия и передвижения под огнем, хотя, в первую очередь, безусловно этим. Дело в том, что на них мастера 63‑го сделали уже настоящие латы. Не чета «свитерам» в которые был наряжен, по зимнему времени, Марш. Многослойные шлемы с пелериной, закрывающей шею. Протектированные сапоги, защищавшие ноги от многих типов противопехотных мин, брюки из высокомодульной ткани, не пропускавшей осколки, и сложный бронежилет, защищавший не только грудь и живот, но и пах, — посредством широкой лямки, соединяющей переднюю часть с задней, и пропущенной между ног. Защита «держала» винтовочные пули и до девяноста процентов осколков.
И, разумеется, к высшей «акробатике» поля боя В ЛАТАХ были способны очень немногие. Буквально единицы. Как правило, из числа спортсменов с довоенной подготовкой, высокорослых, крупных людей выдающейся силы и выносливости. Единственное исключение относится к категории тех, что подтверждают правило. Лобанов‑«Лобини» был природным «цирковым» и до войны несколько лет отработал бессменным «низом» в группе силовых акрабатов. Собственно, при его‑то габаритах, он и был‑то в «верхних» всего ничего, года полтора. Зато, при нужде, легко мог заменить «атлета».
Таких, чтобы соответствовали всем требованиям, на всем фронте нашлось всего девятнадцать человек, потому что в Свирской Двадцатке на самом деле было именно девятнадцать человек. Вместе с командиром. Кстати, посовещавшись, группа вооружилась «КАМ‑42», которым, как правило, пренебрегали: за возможность захватить намного больше боеприпасов.
Ну и в заключение, следует заметить, что выл бывший «цирковой», ныне гвардии старший сержант Лобанов не просто так. Да, от ярости. Да, от страха, не без того. Но еще, для надежности, бойцов угостили адским коктейлем из фенамина — со старой, доброй колой. Понятно, помимо водки. Да и что такое двести граммов такому человеку? Даже не смешно, ей‑богу.
Можно было добиться того же самого результата более простыми средствами? Безусловно. Три приданных 23‑й армии «бурана» внезапным ударом перед «нормальной» артподготовкой в пару залпов свели бы плотность обороны на фронте два‑три километра к чисто номинальным величинам, а авиация, как положено, задержала бы подход резервов. Основная, стандартная в действиях против Финляндии, неплохо отработанная технология реализации численного и технического преимущества.
Но кто‑то там, «наверху», кто, похоже очень хорошо помнил сорок первый год, решил именно так. Он знал, что НАСТОЯЩИЙ страх человеку может внушить только другой человек. При встрече лицом к лицу. Расчет, в общем, оправдался. Среди финских солдат, и без того деморализованных трехмесячным сидением под бомбежками и артобстрелами, очная ставка с бойцами Кирьянова вызвала крайний упадок духа. Куда больший, чем самый страшный обстрел или массированная танковая атака. Настроения, даже слишком близкие к паническим, даже при том, что дружному лепету беглецов о том, что русских «не брал ни нож, ни пуля в упор» — не больно то поверили.
Лаврентий Павлович, кстати, свои обещания сдержал, даже с лихвой: «Героя» получили ВСЕ девятнадцать членов группы[37]. И те, кто не относился к НКВД, поскольку группа была сводной, и в ней числилось восемь человек армейцев. Не важно.
— Это значит, что они переправились, захватили плацдарм, и отбили все атаки, пока их саперы наводили переправу, пока гнали вперед линейные части. Тут интересно, что, по свидетельству очевидцев, они НЕ ПОНЕСЛИ ПОТЕРЬ.
37
Относительно бывшего в ТР в 1944 году лучше привести цитату: «За героический подвиг Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 июля 1944 г. все 16 воинов — А. М. Алиев, А. Ф. Барышев, С. Бекбосунов, В. П. Елютин, И. С. Зажигин, В. А. Малышев, В. А. Маркелов, И. Д. Морозов, И. П. Мытарев, В. И. Немчиков, П. П. Павлов, И. К. Паньков, М. Р. Попов, М.И. Тихонов, Б. Н. Юносов и Н. М. Чухреев — были удостоены высокого звания Героя Советского Союза. Эти ребята 21 июля 1944 года форсировали реку Свирь, НЕ ИМЕЯ ПОТЕРЬ, в бою с той самой Финляндией. И, по прежнему не имея потерь, отбили все атаки на плацдарм. Именно после этого, в общем, финны пали духом, сдались, сдулись. Сдохли.» Немного слишком эмоционально, но, в общем, кажется. соответствует истине. Хотя в ТР победа над Финляндией тоже не была «победой нокаутом», и они опять смогли сопротивляться так долго, что смогли сделать торг возможным хотя бы в принципе. В 40‑м темой, заставившей нас спешить, было «прогрессивное человечество» в лице Англии с Францией, в 44‑м — необходимость побыстрее высвободить пять общевойсковых и две воздушных армии, а также флот с сильной собственной авиацией для использования в более важных местах.