— Ко мне однажды двоюродная сестра должна была приехать в Мта-Тушети…
Попробуй останови ее теперь.
Я уснул под ее нескончаемый одуряющий рассказ.
Утром я решил идти в маршрут. Ребята возмутились:
— Отправляйся встречать Дали. Наверняка приедет, неудобно.
Милые мои други! Что бы я стал делать без вас!..
— Нет, сегодня пойду с вами, работа стоит, — через силу выдавил я из себя.
— Брось, сегодня она точно приедет, иди встречать.
— Она бы и вчера приехала, если бы был автобус.
— Ладно, мы пошли. Не забудь водки купить.
Мы с Вардо прибрали лагерь, сготовили обед, но до прибытия автобуса времени оставалось много, и мы расположились читать. Я зачитался и чуть не прозевал автобус, хорошо хоть Вардо время от времени поглядывала в сторону аула.
— Автобус! — всполошилась она вдруг.
Автобус действительно уже стоял на площади, и возле него суетились люди.
Я сорвался с места.
— Бежим, Вардо! Скорей!
— Постой, не беги как угорелый! — Вардо пыталась поспеть за мной.
Я обежал весь аул. Дали нигде не было.
— Меня никто не искал? — спросил я председателя сельсовета.
— Привет геологу! А кто должен был искать?
— Знакомая одна.
— Нет, — сухо ответил он. Председатель был моих лет, и его явно коробило, что я обращался к нему почтительно, как все аульчане.
Из сельсовета побежал в столовую.
В тесном, набитом людьми зале с трудом отыскал водителя:
— Здравствуй, Бейбут.
— Здравствуй.
— Много людей привез?
— Нет. И вчера потому не приехал, некого было везти.
— Совсем некого?
— Кроме одной хромой женщины.
— А сегодня?
— Восемь человек было.
— Ко мне никто не…
— Нет. Девушки-гурджи[21] точно не привез, — заухмылялся Бейбут и добавил: — Красивые они, девушки-гурджи! Недолго голову потерять да умыкнуть, как бывало… Нет, в автобусе все наши были.
— Что же делать…
— Ты мне говоришь? — равнодушно спросил водитель, продолжая есть.
В столовую вошла Вардо.
— Нет ее, да?
— Нет.
— Ну, ничего, не вешай носа…
— Что же делать? — повторял я как идиот.
— Слушай, давай позвоним Дали. В редакцию.
Честное слово, умнее Вардо человека нет!
Мы понеслись к почте.
Обо всех аульных событиях — значительных и пустячных — раньше всех узнает Зина, заведующая почтой и единственная сотрудница; она же и телефонистка и телеграфистка.
Сейчас начнется испытание моей воли.
— Здравствуй, Зина!
— Привет геологу!
— Здравствуйте, Зинаида! — Вардо улыбается ей.
— Привет Розе![22]
Зина сортирует свежую почту, пришедшую с автобусом.
— Зина, можно поговорить с Тбилиси? — спрашиваю я, а сердце вот-вот разорвется.
— Сейчас?! — Зина изумлена.
— Прошу, срочно, если можно.
— Что-нибудь случилось?
— Понимаешь… — начинает Вардо.
— Вардо! — обрываю я. — Кого это здесь касается!
— А что? Что случилось? — оживляется Зина.
Вардо обиженно поводит плечами.
— Зина, прошу, очень прошу!
Лицо мое, видно, было выразительней слов. Зина глянула на меня и тут же сняла трубку.
— Если Избербаш соединит нас… — В голосе ее сомнение и желание помочь.
— А почему через Избербаш? — недоумевает Вардо.
— В такое время ни один город не соединит… Ладно, попробуем…
— Неужели даже срочный не дают? — не верю я.
— Посмотрим, посмотрим. Избербаш… Избербаш… — начинает Зина. — Адрес, давай адрес.
Я называю адрес редакции, где работает Дали.
…В скольких селениях я бывал, сколько телефонных разговоров вел с почты, но не помню, чтобы хоть раз попался телефонист! Всюду — женщины, а главное, у всех, независимо от географического местоположения, одинаковый тон, одинаковая интонация и железные нервы! О манере вызывать абонента я молчу, видимо, их так обучают, но где находят столько женщин с железными нервами! Может, мужчин потому и не берут телефонистами, что они не обладают терпением и выдержкой? Женское терпение безгранично. Не верите? Понаблюдайте вот хотя бы за Зиной. Нет, лучше попробуйте вместе с ней получить разговор с каким-нибудь городом.
— Избербаш… Избербаш… — твердит Зина, не переставая сортировать письма.
— Это Избербаш? Избер! Избер! Нужен Избер! Леваш! Чего тебе, девушка, чего встряла, мне Избербаш… Когда спешишь, как раз тогда подключается кто-нибудь! Избербаш! Избер! Избербаш!
Тут вошел долговязый человек в телогрейке.