Мадлен пила водку и смотрела в окно кабинета. За ним открывался знакомый, так завораживающий ее вид. Зимой музыкальная школа была видна лучше — ее загораживали лишь голые ветви растущих вокруг деревьев. Летом, когда дни были длинными и она видела в окно лишь заднюю стену школы, позолоченную вечерним солнцем, ей отчаянно хотелось понежиться в его последних ласкающих лучах. Она видела, как это делают соседские коты, и соглашалась с Розой, утверждавшей, будто жизнь кошек представляет собой более высокую эволюционную ступень. Два кота Розы, которых Мадлен нередко кормила, без конца дремали или крепко спали, удобно устроившись на согретых солнцем поверхностях. Их хозяйку, как правило, возмущало такое поведение, поскольку Роза ставила активный образ жизни превыше всего.
Мадлен не хватило терпения дождаться наступления полной темноты, и она аккуратно достала из ящика картотечного шкафа шкатулку, завернутую в мягкий шарф из овечьей шерсти. В ее кабинете это было единственное место, которое имело замок и закрывалось на ключ. По правде говоря, она потратила немало времени на то, чтобы его отыскать.
Открыв дневник на следующей странице, она принялась внимательно изучать тонкие, но аккуратные буквы, выведенные вышивальщицей по имени Леофгит. На древнеанглийском языке одиннадцатого века ее имя произносилось Лей-о-хиит, где «х» являлся одним из наиболее трудных звуков языков Северной Европы, который произносился где-то в самой глубине горла.
Листы пергамента цвета слоновой кости казались хрупкими на ощупь, но в Средних веках его делали из кожи телят или коз, которую дубили, пока она не становилась очень тонкой. Мадлен понимала, что такой пергамент вполне может пережить еще тысячу лет. Изящные, невероятно аккуратные крошечные стежки соединяли две части странички — три четверти и четверть. Шелковая нить устояла перед натиском времени не хуже самого пергамента. Неужели дневнику действительно девятьсот лет?
21 июня 1064 года
От монаха Одерикуса я узнала про племена и королей, живших на наших землях и исчезнувших с них. Одерикус не сакс, его отец был римским чиновником, а мать — норманнской леди. Его привезли сюда из монастыря Святого Михаила, что в Нормандии, когда короновали Эдуарда. Король хотел окружить себя норманнскими священниками и аристократами, чтобы его сторонники превосходили числом датских и саксонских союзников эрла Годвина.
Монах знает множество историй про римлян, западносаксонских королей, а также про северный и южный континенты. Он проводит долгие часы, склонившись над книгами в библиотеке Кентербери, где, как он говорит, имеются библейские тексты на древнееврейском языке. Еще там есть хроники, созданные братьями, которые стали свидетелями великих походов, совершавшихся во времена последнего саксонского короля Этельреда. Одерикус со страстью истинного рассказчика повествует о том, как опустошительные набеги, точно океанская волна, домчались от южного побережья до самого Лондона, который был сожжен, и о том, как они прекратились, когда саксы потерпели поражение в сражении при Малдоне[16] в Эссексе.
Королю Этельреду пришлось заплатить выкуп за заключение мира. Он отдал захватчикам золото, которое они потребовали, но они год за годом продолжали возвращаться за новыми сокровищами, пока король Этельред не совершил еще одну ошибку. Он отомстил, убив сотни поселенцев-датчан, и тогда на нашу землю пал гнев короля Дании. И, хотя я прожила уже тридцать пять лет, я все же слишком молода, чтобы помнить огромные черные галеры викингов, которые, точно свирепые морские чудовища, атаковали наши берега с моря. За время жизни моей матери нашими землями правили два поколения датских королей, положившие конец существованию династии западносаксонских монархов. До той поры иностранцы никогда не управляли нашим королевством. Теперь же северяне вернулись в свои замерзшие земли, король, который в большей степени скандинав, чем сакс, сидит на троне, хотя королевская кровь датчан сохраняется в браке Эдуарда и Эдиты.
Норманнские обычаи, столь любимые королем Эдуардом, и его бездетный брак с дочерью эрла Годвина заставляют кое-кого шептаться о том, что таким способом король бросает вызов семье Годвина. Когда Эдуард взошел на трон, Годвин, будучи эрлом Уэссекса, занимал самое высокое положение в королевстве, которое получил, заслужив расположение датских королей. К тому же он изо всех сил стремился завоевать благосклонность церкви. Кроме того, он совершил мудрый шаг, когда женился на представительнице датской королевской династии, чтобы укрепить свой союз с севером. Король Эдуард попытался подорвать его власть, заменив высших чиновников церкви, которые пользовались покровительством Годвина, норманнскими аббатами и епископами. Однако семья продолжала процветать, поскольку их земли и военное могущество как минимум равны тому, чем владеет корона.
16
Битва при Малдоне произошла 10 августа 991 г. около реки Блэкуотер в Эссексе во времена правления короля Этельреда Неразумного.