– Привидение заставило меня сделать это, – захныкал Деструктор.
– Может, я и похож на идиота, но не суди меня по интерфейсу. Ты поступил отвратительно! С какой стати ты решил, что можешь издеваться над Соней? Я в ярости, слышишь? Не надейся, что тебе все легко прокатит. Месяц никаких карманных денег! И никакого «Мортал Комбата»! – Эрик перечислял наказания, но в его голосе слышалась неуверенность, как будто делать это ему приходилось нечасто.
– А ты… ты оставил меня с этой… silly woman3!
– Зато ты был хорош, умник.
– She is a dork4! – закричал Деструктор, показывая на меня пальцем.
В этот момент я меньше, чем когда либо, жалела, что не знаю английского.
– Если ты используешь язык, который она не понимает, это никак не отменяет того факта, что ты хамишь.
– Stupid hoe5! – в запале выдал Деструктор, и Эрик тоже начал кричать:
– Это еще что?! Больше никакого рэпа! Он тебя хорошему не учит! Завтра же берешь свой плеер, читалку, телефон, нетбук, ноутбук, 3DS, iPad и PSP и трешь отовсюду эту гадость! И учти: внешний жесткий диск я тоже проверю!
– Я не хочу, чтобы ты ходил к этой… этой… – Деструктор окончательно запутался, пытаясь подобрать для меня подходящую характеристику и при этом не вызвать очередную вспышку отцовского гнева.
– А при чем тут я? – вопросил Эрик. – Чего я такого делаю? Это ты довел человека до истерики. На следующей неделе будешь читать…
– Чтением не наказывают, – машинально вставила я. Вынужденная быть свидетельницей этой некрасивой сцены, я чувствовала, как у меня горят щеки.
– Еще как наказывают! Это единственная причина, по которой у него по литературе «5». Вот пусть теперь прочтет словарь синонимов от корки до корки!
– Я хочу, чтобы мама вернулась, – сказал Деструктор и вдруг громко, совсем по-детски, заревел.
Все это время отчаянно жестикулирующие, руки Эрика вдруг повисли вдоль тела.
– Мама работает. Она не может вернуться.
– Я читал, что моделью работают недолго! Скоро она закончит карьеру и приедет к нам! – в голосе Деструктора звучала такая отчаянная надежда, что я вся сжалась от боли.
Эрик тоже как будто съежился.
– Ты не должен встречаться с этой! – Деструктор выразительно мотнул головой в мою сторону. – Подожди маму!
Эрик опустился на колени, чтобы его лицо оказалось вровень с лицом Деструктора, и обнял его.
– Все гораздо сложнее, и…
– Нет, все просто, – заплакал Деструктор.
Я была здесь лишняя. Отойдя и украдкой наблюдая за отцом и сыном, я отчего-то ощутила такое одиночество, точно я была капитаном погибшей ракеты, дрейфующим в открытом космосе без надежды вернуться на родную планету. Деструктор, затихая, опустился лицом на плечо Эрика, и тот что-то прошептал ему, похлопывая по спине. У меня мелькнула мысль, что, если бы я родила ребенка в пятнадцать лет, сейчас он был бы уже вполне взрослый. У меня был бы друг или подруга, близкий человек, собеседник, надежда на будущее. Я бы не спала по выходным до двух часов дня, потому что никому не нужно, чтобы я проснулась, и не заводила бы беседы с плюшевым смешариком, тайно надеясь, что он мне ответит. И не покупала бы в магазине яблоко, две сосиски и половинку черного хлеба, мучимая параноидальным ощущением, что все вокруг понимают, что я одна, и про себя насмехаются надо мной без тени сочувствия. Может, я бы даже перестала носить рваные колготки, перекручивая их так, чтобы cпрятать в туфлях бегущие от пальцев стрелки, и зашила бы наконец эту ужасную дырку в подмышке моего домашнего свитера.
До дома мы дошли в полном молчании. Однажды мимо нас прогрохотал пустой, припозднившийся в депо трамвай. Деструктор держал Эрика за руку.
В первом часу ночи в мою дверь тихо поскреблись.
– Входи.
Я сидела на кухне в розовом халате и с блестящим жирным кремом на лице, но после сегодняшнего мне уже не могло стать перед Эриком еще неудобнее.
– Он уснул, – вид у Эрика был совершенно убитый.
– Чаю?
Эрик кивнул, усаживаясь напротив меня. Поставив перед ним чашку, я сказала:
– Прости меня.
Он замотал головой.
– Нет, это ты меня прости. Представить не мог, что он вытворит такое. Но, похоже, я вообще его не очень хорошо понимаю, если за все это время не заметил, что он скучает по матери. Хотя… за последние два года он ни разу не вспоминал о ней вслух.
Я принесла журнал.
– Это она?
Эрик едва глянул.
– Да, это Жанна. Она довольно известна сейчас.
– Как ты умудрился с ней познакомиться?
– В школе, когда мы с мамой переехали в этот город. Жанна была моей одноклассницей.
4
Dork (англ.) – глупый или глупо выглядящий человек, придурок (Деструктор гнет свою линию).
5
Stupid hoe (англ. слэнг – “stupid whore”) – опять-таки интеллектуально неразвитая женщина, склонная к неразборчивым сексуальным связям.