— Они не монахини, а простые сестры.
Для обитателей Асторги интернат, который содержали сестры Конгрегации Христа-Учителя, был настоящим спасением.
— Пусть будут сестры, племянницы, свояченицы, кто угодно, главное, что эти монашки умеют держать в ежовых рукавицах бесстыдных девиц вроде тебя.
— Ну дядечка, ну пожалуйста, не посылай меня к сестрам, я его больше не… нет, нет…
В ней вдруг восстало оскорбленное достоинство, даже под пыткой она не согласится на то, что выше ее сил, все равно она увидится с Аусенсио, как только сможет.
— Ступай в свою комнату и переоденься, ну и видик у тебя!
Рыдая, Ольвидо стала спускаться с лестницы. Хосе Эспосито посмотрел на дона Анхеля, он понимал, мосты сожжены и обратно дороги нет, и поэтому решил промолчать.
— Поговорим как мужчина с мужчиной.
— Я готов.
— Ты меня подвел и клятвы своей не сдержал, а такое не прощают, надеюсь, ты понимаешь, что я хочу этим сказать.
— Чтоб я тебя больше не видел в моем доме!
— Как вам угодно, все равно я не могу на вас обижаться, дон Анхель, раз вы так хотите, ноги моей здесь больше не будет, но если когда-нибудь я вам понадоблюсь, позовите меня, мне трудно вас понять, но я не сержусь.
— Переоденься здесь, нечего устраивать спектакль.
— Я действительно ничего не понимаю.
— Когда-нибудь поймешь…
Дон Анхель Сернандес Валькарсе вдруг почувствовал, что его обступает чердачный мрак, тошнотворный запах свиных потрохов, тянувшийся со двора, паутиной прилипал к коже, зимняя стужа заползала в самое сердце, он зачарованно смотрел на атлетически сложенного юного мужчину, стоявшего к нему спиной, на его обнаженные ягодицы и с тоской думал о том, что его собственная молодость осталась далеко позади, и, вспоминая о ней, он вертел в пальцах фишку модного казино «Гран Курзал», они все-таки испортили ему праздник, вынудили сыграть роль свирепого цербера, но было и кое-что похуже, он видел, что начинает погрязать в пошлости, что его засасывает рутина жизни, лишая навсегда великих идеалов. Стар становлюсь, подумал дон Анхель, когда им стукнет столько, сколько мне сейчас, они и думать забудут об этой истории, а если вспомнят, то скажут мне спасибо.
24
То был сезон расправ, и план убийства, который он задумал, на сей раз, в этом он был уверен, не должен сорваться, хотя тот, на кого он охотился, исхитрился обойти расставленные ловушки, сейчас ему не спастись, все будет чертовски просто, хлоп, и готово. Лейтенант Чавес заранее предвкушал победу, обдумывая подробности своего нехитрого маневра, ему нет необходимости прятать в лесу своих людей, их присутствие могут почуять лесные звери, тогда добыча опять уплывет из рук, сам он останется здесь, притаится не дыша, он мог держать пост столько, сколько потребуется, лейтенант вырыл глубокую яму в густых зарослях вереска и сверху набросал ветки деревьев и листья папоротника, получилась отличная маскировка, он все видит, а его не видит никто, перед ним как на ладони просторный луг, расстилающийся у его ног, и гуляющая по траве приманка, Чавес необыкновенно гордился собой, его выступающая челюсть охотника на беглецов выпирала еще сильнее, чем обычно, словно ей не терпелось начать действовать, но нет, пока еще рано, пошевеливай мозгами и выжидай, он проверил свое снаряжение — бутылку красненького, чтобы мышцы не затекли, бинокль, коробку с патронами «super-speed», стальные пули, такими можно сразить кабана с расстояния сто метров, он прикинул, что именно там должна находиться его мишень, еще более свирепая, чем дикий кабан, винтовка — сплошной восторг, с ней хоть на чемпионате выступай, последнее слово оружейной техники, начальник отдал ему свою, но предупредил, если с оружием что случится, поплатишься звездой на погоне, да, когда в руках такой «винчестер ковбой магнум», «W., symbol of accuracy since 1870»[31], так его рекламировали, чувствуешь себя неуязвимым, даже сам дон Сесар де-Эчагуэ, Шакал, герой X. Мальорки, не мог с ним тягаться, для первоклассного стрелка попасть в цель со ста метров из такой винтовки все равно что из обычного маузера стрелять в ярмарочный балаган, само собой, сейчас его жертве не уйти, у меня нет ни малейшего желания расставаться со звездой, даже наоборот, он сделает все, чтобы заработать себе еще одну, Хосе Чавес Гарсия из Кампильо-дель-Амбре, провинция Альбасете, знал, как добиться повышения, тише едешь, дальше будешь, ему высшего училища в Сарагосе окончить не довелось, и всяким там тонкостям он не обучался, потому и работа всегда доставалась ему погрязнее, вот направили в Вильяфранку с заданием прикончить зверюгу, теперь считай, что он у меня на мушке, я буду не я, если его не прихлопну.