— Вы продаете рыбу или нет?
— Конечно, продаем, — ответил Сяо-ма. — А вы купите?
Рыбак посмотрел на рыбу и спросил:
— Возьмем штук пять. Почем?
— Если эту рыбу отнести в город и продать там, — объяснил Да-бао, — то за каждую можно получить по одному мао и пять фэней[59]. А если вы здесь купите, то вам скидка — по одному мао за штуку. Ну как?
Рыбак согласился и тут же отсчитал деньги. Сяо-ню выбрал пять рыб получше, нанизал их на бечевку и вручил незнакомцу. Завязался общий разговор о рыбацкой судьбе.
— Как называется это место? — спросил тот, что был похож на торговца. — И всегда здесь так глубоко?
— Гучэнва — «Урочище Древний город»! — ответил Сяо-ню. — А глубина здесь в любое время года такая.
— Почему же оно так называется? Ведь тут не видно никакого города, — снова спросил торговец.
Сяо-ню не знал, что ответить, и только глупо улыбнулся.
— «Урочище Древний город» — и все тут! — сказал Да-бао. — Кто же знает, почему так называется?
Все рассмеялись, а Да-бао покраснел.
— А что же ты улыбаешься и ничего не говоришь? — обратился рыбак к Сяо-ма. — Наверное, знаешь?
— Старые люди говорят так, — начал с улыбкой Сяо-ма. — При династии Сун полководец Ян Лю-лан повел свои войска на север. Дойдя до этого места, войска расположились здесь лагерем, воздвигли постройки. Но потом земля опустилась, и все их постройки ушли в землю. Предание гласит, что если ясным утром стать вон на ту дамбу и смотреть в западном направлении, то в воде можно увидеть городские стены и рвы. Это, мол, и есть Древний город. Правда, сам я этого не видел.
— Допустим, что происхождение названия «гучэн» — «древний город» действительно таково, — рассмеялся торговец. — Но откуда же взялось здесь еще и «урочище»?
— А вот откуда, — продолжал объяснять Сяо-ма. — Впоследствии, когда Ли Чуан-ван поднял восстание, он во время похода также останавливался здесь. После привала утром Ли Чуан-ван приказал каждому солдату захватить с собой мешок земли для строительства оборонительных сооружений. Так здесь образовалась глубокая впадина. Затем во время долгих ливней ее залило водой, и люди назвали это место «Гучэнва» — «Урочище Древний город».
— Ты, видно, знаешь не мало, — сказал с улыбкой рыбак и спросил: — А японские дьяволы и их прихлебатели не отбирают у вас рыбу?
— И не говорите! — гневно ответил Сяо-ма. — Мы стараемся не приставать к берегу. Они как бешеные собаки набрасываются, отбирают все да еще ругаются и бьют!
— В городе много японских солдат? — продолжал спрашивать рыбак.
— Да человек сто, все живут в крепости, — ответил Да-бао.
— А сколько людей в полицейском отряде? — спросил тот, что был похож на крестьянина.
— Это вы об этих разбойниках, у которых командиром Лю? — сердито переспросил Сяо-ма.
Незнакомцы рассмеялись.
— Чувствуется, насолили они тебе? — похлопал Сяо-ма по плечу крестьянин.
Сяо-ма глубоко вздохнул и ответил:
— Э-э! Лучше не напоминайте… Их там наберется человек пятьсот, все живут в монастыре.
Незнакомцы расспросили еще о расположении постов и ямыней, о дорогах, а затем, захватив с собой купленную рыбу, отправились в город.
Ребята поняли, что они занимаются не совсем обычными делами, высказали различные сомнения по этому поводу и занялись своим делом. Неожиданно налетел сильный ветер. По реке загуляли огромные волны. Друзья решили прекратить ловлю. Оставшуюся рыбу Да-бао и Сяо-ню понесли продавать в город, а Сяо-ма остался в лодке и стал приводить в порядок сети.
Подойдя к мосту, Да-бао и Сяо-ню заметили, что на нем что-то происходит. Вглядевшись получше, они увидели, что полиция задержала их покупателей. Сейчас они стояли в кругу полицейских, направивших на них оружие. Командовал «желтыми собаками» не кто иной, как Чжао Лю. Они обыскивали задержанных. Чжао Лю потрогал рыбака за поясницу и удивленно спросил:
— Что у тебя тут спрятано?
— Ничего особенного, начальник! — неторопливо ответил рыбак. — Денег немного.
— А ну, доставай! — с заблестевшими глазами приказал Чжао Лю.
— Хорошо! — кивнул головой рыбак, действительно достал из-за пазухи пачку новеньких, хрустящих ассигнаций и бросил их на настил моста. Полицейские и японские солдаты, толкая друг друга, бросились собирать разлетевшиеся деньги. Тут рыбак подмигнул своим спутникам, они одновременно выхватили пистолеты и начали стрелять. Один японский солдат упал в реку, двое полицейских растянулись на мосту; Чжао Лю, тоже, видимо, раненный, схватившись за голову, побежал в город. Воспользовавшись суматохой, трое пришельцев побежали на западный берег. Солдаты и полицейские опомнились и, стреляя на ходу, бросились в погоню. В сутолоке они опрокинули ведро с рыбой, которое несли Да-бао и Сяо-ню.