… В постели Эстела была страстной, даже неистовой. Ригор решил, что сия страсть граничит скорее с отчаяньем.
После бурных ласк, любовники заснули. Ригор проснулся посередине ночи. Обнажённая Эстела спала рядом. Её серебряная маска поблёскивала в сполохах огня, догоравшего в камине.
Он снова поймал себя на мысли, что тело Дамы прекрасно… И после столь упоительной ночи он уже не посмеет причинить ей вреда. И навсегда простился с вожделенным баронством.
Невольно Ригор поддался соблазну и попытался снять маску с Эстелы. Та мгновенно проснулась и резко вскочила с кровати.
– Не смей этого делать! Иначе я убью тебя! – взревела она, подобно раненому зверю. – Ты что решил насладиться моим уродством! А я поверила тебе!
Ригор испугался такой вспышки гнева и попытался оправдаться:
– Прости меня, Эстела… Я вовсе не желал причинить тебе боль.
– Но ты это сделал! Неужели ты действовал по указке моей мачехи? Это она подослала тебя и приказала увидеть моё лицо?! Она хотела убедиться, что я по-прежнему уродлива?
Эстела обнажённая стояла подле ложа, грудь её вздымалась…
Ригор встал и попытался приблизиться к ней.
– Я… я… прошу тебя, успокойся… Верь мне… – сбивчиво произнёс он.
Но Эстела не отстранилась от него, а, напротив, дала обнять себя и прильнула к своему рыцарю.
– Ты всё ещё хочешь увидеть мой лицо? – спросила она, взглянув на Ригора в упор.
– Да…
– Тогда ты будешь первым из мужчин, кто увидит его…
Она сняла маску и отвернулась, её прекрасные волосы, разметавшись, закрыли лицо. Ригор растерялся, но собравшись с силами, решил идти до конца.
– Эстела, повернись ко мне… Обещаю, ничего не скажу тебе, какая бы ты не была! Эстела повернулась. Волосы, по-прежнему, скрывали её лицо. Ригор аккуратно убрал их с лица девушки и обомлел…
Её лицо было изрыто глубокими следами от оспы. Чувство жалости обуяло его, он прижал к себе несчастную девушку.
– Скажи мне, чем я могу помочь тебе?
Эстела, не ожидая подобной реакции, разрыдалась.
– Ты первый, кто проявил сочувствие, в основном я вызываю отвращение… – всхлипывая, призналась она.
– А теперь тебе надо успокоиться, – сказал Ригор, увлекая свою Даму на ложе. – Утро вечера мудренее…
Ригор проснулся, его подушка ещё хранила аромат тела Эстелы. Он повернулся на бок и попытался обнять свою Даму… Но, увы, в его руки попала лишь пустота – Эстела уже успела покинуть ложе.
Ригор встал и оделся. На туалетном столике стоял медный тазик и кувшин с водой. Он умылся и вытерся специально приготовленными холстами[78].
Рядом с умывальными принадлежностями Ригор нашёл довольно длинное письмо на куске египетского папируса, написанное аккуратным убористым почерком.
Он приблизился к стрельчатому окну и начал читать. В письме Эстела излагала историю своей жизни, многое он уже итак знал.
В конце послания была приписка: «Лишь одно сможет помочь мне. И сие одно – чудо. Если ты согласишься помочь мне обрести прежнее лицо, без отвратительных следов болезни, вселив в меня надежду, ты спасёшь меня и сделаешь самой счастливой на свете…»
В комнату вошёл слуга. Ригор оторвался от письма и спросил:
– Скажи мне, где госпожа Эстела?
– Её нет, ваша милость, – ответил слуга.
– Как нет, так, где же она?
– Госпожа покинула замок, и просила передать вам, что будет ждать вас ровно через год в женском монастыре святой Клары, в местечке Виши, что южнее замка Мулен.
Ригор растерялся.
– Завтрак готов… оруженосец ожидает вас во внутреннем дворе… – сказал слуга, давая понять, что визит рыцаря подошёл к концу.
– Где моя одежда и доспехи? – резко спросил Ригор.
– Они в полном порядке, сударь, – заверил слуга. – Я помогу вам облачиться. Не пристало Чёрному Рыцарю носить одежду с чужого плеча… – добавил он и покосился на наряд гостя.
Он этих слов Ригор отчего-то ощутил себя потерянным. Франсуаза была для него почти что потерна, а Дама в серебряной маске упорхнула прямо из-под носа.
«А что я хотел? На что я рассчитывал? – мысленно корил себя Ригор. – Разумеется, она должна сделать попытку и вернуть утраченную красоту…»
… Ригор наскоро позавтракал, облачился в доспехи и, снова ощутив себя Чёрным Рыцарем, покинул Исуар.
Сначала Ригор хотел догнать Эстелу, но затем трезво рассудил, что она могла отправиться по одной из горных троп, о которых он и понятия не имеет и после длительных раздумий он всё же решил вернуться в Тьер.