Вася, подумав, сказал:
– Лёха, тогда я с шестерыми ребятами поеду с вами. Двоих мы оставим с Колей и Александрой в городе – оба они и с рацией справятся – а потом пришлём туда ещё кого-нибудь. Ну и десяток здешних. А то мало ли что может произойти на местных дорогах.
На том и порешили.
Глава 2. Жди меня, и я вернусь…
1. О пользе репутации
Утром в воскресенье к дону Висенте отправился гонец с письмом, в котором я уведомлял его, что наш сводный отряд направляется из бухты в Мехико по приглашению дона Хуана, и что мы просим разрешения пройти через Санта-Лусию в понедельник утром.
Поезд наш состоял из десятка верховых из местного гарнизона и двух специально подготовленных экипажей с установленными на крышах пулемётными гнёздами, каждое из которых было рассчитано на расчёт из двух человек, и с турелью для тяжёлого пулемёта Браунинг М2. Кроме того, Васины ребята были вооружены автоматами Томпсона, а ребята из гарнизона – карабинами М1; ещё у них были два пулемёта Льюиса, располагавшихся в грузовом отделении второй кареты. У каждого верхового было по заводной лошади.
В восемь часов утра в понедельник прозвучал гудок "Святой Елены" – мол, пора в путь. Я судорожно обнимал Лизу и осыпал её голову поцелуями; затем вспомнил строки из одного из любимых стихотворений моей мамы – "Жди меня" Константина Симонова. Да, поэт был "большевиком" по классификации моих родителей, но для него они делали исключение.
Но я только успел произнести "Жди меня, и я вернусь, только очень жди…", как послышался ещё один гудок, и я оторвался от Лизы, которая побежала вверх по трапу. Минут пять, я стоял на пирсе и смотрел, как она машет мне синим платочком – родителям нравились и советские песни военных лет, в том числе и "Синий платочек". Но Вася напомнил мне, что и нам пора в дорогу, и я заставил себя в последний раз взглянуть на всё уменьшающийся силуэт моей любимой, и повернулся, чтобы занять своё место в экипаже. И мы пошли в Санта-Лусию по суше.
Минут через двадцать я уже стучал в окованные железом ворота дома дона Висенте. Открылось оконце, и из него выглянул хмурый Эусебио, метис-дворецкий. Увидев нас, он заулыбался:
– Дон Алесео, дон Басилио, дон Николас, донья Алехандра! Заходите, я доложу дону Висенте, что вы прибыли. А вы рано, сеньор ожидал вас не ранее десяти…
Сеньор алькальде выглядел несколько заспанно, но успел одеться.
– Садитесь, сеньора и сеньоры, сейчас принесут завтрак.
– Да мы не голодные, дон Висенте.
– Нет уж, раз мои друзья здесь, я не могу иначе. Тем более, я решил послать с вами сеньора де Аламеда с десятком верховых, а они прибудут чуть позже.
– Благодарю вас, дон Висенте! Но, право слово…
– Нет, не спорьте! Вы же ни разу не путешествовали по стране, не считая дорогу до Эль-Нидо, а капитан и его люди не раз и не два ходили в Мехико, да и вам неплохо будет взять с собой кого-нибудь из местных.
За завтраком, дон Висенте рассказал нам про саму дорогу.
– До Мехико чуть менее ста лиг[47], а в день вы сможете пройти не более пятнадцати лиг. Сегодня вам предстоит путь до первого парадора – он носит названия парадора "Эль-Фуэрте" и находится примерно там, где начинается дорога на крепость, которую вы когда-то отбили у бандитов Антонио Пеньи. Назовите свой титул – тогда вам и вашим людям будет доступна отдельная часть парадора, и, кроме того, вам поменяют лошадей. Своих вы сможете забрать, когда будете возвращаться в Санта-Лусию. После него, парадоры будут находиться примерно в пятнадцати лигах друг от друга – следовательно, каждое утро вам нужно будет выезжать не позднее девяти утра. Вот только сегодня вы можете уехать и в двенадцать, и всё равно успеете засветло.
Когда я предложил оплатить сопровождение, дон Висенте сказал мне:
– Не обижайте меня, дон Алесео. Перед вами я и так в неоплатном долгу. Да и капитан де Аламеда сказал, что сделает это с удовольствием, тем более, он и дон Басилио успели подружиться.
Потом пришли донья Пилар и дочери дона Висенте, и разговор перешёл на другие темы. А в десять часов, как и было обещано, прибыл дон Аламеда с десятком конных. Они выглядели намного наряднее наших ребят – красные мундиры, посеребренные мушкеты, сёдла и сбруя, шитые золотом… Но выглядел дон Аламеда достаточно серьёзно, и я заметил, что они с Васей сразу уединились за угловым столом.