В больничную палату втиснуты, наверное, дюжины две кроватей. В день моего визита 19 из них заняты; 13 пациентов госпитализированы с различными осложнениями сахарного диабета, развитие которого связано с особенностями питания, а у двоих — сердечная патология. Доктор Пол Скиллинг, местный терапевт, сокрушается, что диабет, артериальная гипертензия и ишемическая болезнь распространены на этом острове не меньше кокосов, только те не так опасны для жизни. Другой врач говорит, хлопая себя по внушительному животу: «Я и сам здесь растолстел до неприличия. Индекс массы тела — 32. Того и гляди начнутся осложнения. Медицинские познания, увы, не спасают от болезней».
Он и впрямь тучен, но его ИМТ лишь незначительно превышает средние показатели для работоспособного мужского населения Косрае. В 1993–1994 гг. Министерство здравоохранения Микронезии при финансовой поддержке центров контроля и профилактики заболеваний США обследовало всех взрослых жителей острова и обнаружило признаки ожирения у 85 % мужчин в возрасте от 45 до 64 лет. У многих из них был диагностирован еще и диабет, а более чем у трети — повышенное артериальное давление. Доктор Вита Скиллинг, однофамилица Пола, возглавляющая местную систему здравоохранения, признает, что все попытки изменить положение пока остаются безуспешными. «Тут все покупают импортные продукты, демонстрируя таким образом собственный достаток», — говорит она. Позже я узнала, что некоторые жители Косрае разбрасывают вокруг своих домов пустые банки из-под консервированного фарша и солонины как некие статусные символы. Это и смешно, и грустно. В действительности импортная продукция дешевле островной, потому-то многие островитяне ее и выбирают и детей учат тому же. Ввезенные из США 13-килограммовые расфасовки индюшачьих окорочков стоят 11–12 долл., а выращенные на Косрае цыплята — по 5 долл. Купив 22-килограммовую упаковку полированного белого риса, можно несколько недель кормить большую семью и не опасаться, что продукт испортится от жары. Рис не местная культура, но когда несколько месяцев назад с его доставкой возникли перебои, некоторые детишки плакали от голода, отказываясь есть плоды хлебного дерева или клубни таро.[30]
«Мы едим белый рис на завтрак, обед и ужин, — продолжает Вита Скиллинг. — И дело не только и не столько во вкусовых пристрастиях, что бы вам ни говорили. Просто его легко готовить. Сварил на весь день — и все. Куда проще, чем собирать фрукты на участке. А ведь в привозной снеди, поглощаемой в большом количестве, содержится очень много соли и жира. К тому же мы привыкли к сахару — некоторые старики уже не могут пить чистую, неподслащенную воду».
Зная и понимая все это, Вита и сама не избежала тучности, но пока не собирается безотлагательно заняться собственным лечением, хотя и обеспокоена ситуацией. «Диабет — проблема номер один на Косрае. Он, спровоцированный режимом питания, сокращает нашу жизнь», — вздыхает Вита.
Еще бы! Его следствия — поражения сосудов, язвы, кожные абсцессы и в конечном счете патологии сердца, почечная недостаточность и слепота. Раньше диабет был характерен для наиболее развитых регионов, но с недавних пор все больше и больше свирепствует в развивающихся странах. На Косрае 90 % больных, поступающих в хирургическое отделение, имеют осложнения, связанные с этим заболеванием, и часто нуждаются в ампутации конечностей из-за сосудистых нарушений. Случаев почечной недостаточности здесь столько, что местная больница с ними не справляется, а сердечно-сосудистые заболевания распространены по всему острову.
«Люди не хотят замечать опасных симптомов до тех пор, пока дело не зайдет слишком далеко, а потом ждут от нас чуда, — разводит руками Вита. — Они фаталисты; они принимают диабет как нечто неизбежное — ведь одновременно с ними болеют их друзья, соседи и родственники. Иные вообще отказываются от лечения. Дотянут до 55 лет — и каждый прожитый день начинают считать подарком судьбы. Здесь не слишком-то стремятся к долголетию».
Я останавливаюсь у фруктовой палатки, чтобы купить мандаринов. Рядом со мной белокожий мужчина в светлом костюме выбирает плоды папайи. Мы знакомимся. Кен Миклос впервые приехал сюда из Калифорнии в 1995 г. с миссией адвентистов седьмого дня. Остров ему понравился — особенно тем, что здесь можно в тишине и одиночестве заниматься серфингом; местные жители если и бывают на море, то лишь по делу, уж никак не для развлечений. По окончании миссионерского проекта Кен вернулся домой, завершил образование, стал дантистом, но Косрае не шел у него из головы. Через пару лет мистер Миклос окончательно обосновался здесь, открыл практику в государственной больнице, женился на островитянке и с тех пор делит свое время между серфингом и удалением сгнивших зубов.
30