Стулья, поставленные ранее полукругом, мы быстро убрали, так что образовалось достаточное «сценическое пространство». И вот наш эксперимент номер один начался. Он осложнялся тем, что мы решили быть лингвистически достоверными, но сделать это оказалось не очень просто. По очевидным причинам беседа наших персонажей не могла проходить на русском. Алёша учил в школе немецкий язык, а в вузе его стали переучивать на английский — и добились лишь того, что он испытывал трудности и с тем, и с другим. Тэд взялся ему подсказывать, и так мы худо-бедно довели дело до конца. «Наследник» усваивал текст подсказок только по кусочкам, между которыми повисали паузы. Эти паузы, обозначенные тире, вполне можно приписать волнению, так что всё получилось в итоге не так уж плохо. Впрочем, я не буду пересказывать вам эту первую сценку. Вы ведь читали её стенограмму? Она достаточно короткая.
СТЕНОГРАММА
сценического эксперимента № 1
«Беседа Николая Александровича Романова (Цесаревича) и принцессы Алисы Гессенской»
от 7 апреля 2014 г.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА
Принцесса Алиса Гессенская (исп. Анастасия Вишневская)
Николай Александрович Романов, наследник русского престола (исп. Алексей Орешкин)
NICHOLAS. Liebe Alice!
ALIX. You can speak English, Nicky dear. That is, if you prefer.
NICHOLAS. Dearest Alice! You must know-that my love to you-is truly immense. It is about time-that I finally know-that I learn-your final decision. I cannot bear this-this hesitation-any longer. Such a shame, indeed!
ALIX. Didn» t I say to you before that I absolutely cannot be converted to Orthodoxy? Are you aware of that?
NICHOLAS. Do you find-my religion-inf- inferior-to yours?
ALIX. I have said no such thing. I am not a theologian. The only problem of your religion is that it worships martyrs to an excess. I don» t want to be a martyr, Nicky darling! I want to have an ordinary life and to be happy in a most ordinary way and fashion. Do you think it is mean of me? I am sorry, Nicky dear! (Подойдя к Наследнику, проводит рукой по его лбу, убирая с него прядь волос. Тот отшатывается.) Even now, I can see with perfect accuracy that I would become most unpopular with your compatriots if you married me. Call it a presentiment if you like. You, too, would become unpopular with your own people on my behalf. You would try to defend your old wify at all costs, and those compatriots of yours would then finally kill us in some damp basement. Dirty rogues! You see, I call your compatriots dirty rogues, and I don» t love human beings in general. A bad feature for a tsarina, but I cannot get over myself. No good will ever come out of our betrothal. Your little K. you told me about the other day will be over-joyous, and she will give you any possible consolation you deserve. (С чувством.) Oh, it makes my heart bleed, just to see how you are suffering, poor boy! Please think yourself free of any promises you have ever made me. One last kiss. (Она целует его в лоб.) And-farewell! (Выходит.)[17]
NICHOLAS (оставшись один). Нет, это нечестно, так не должно быть. Так — не — должно — быть! (С отчаянием.) Я этого не заслужил!
— После заключительного горестного вскрика нашего Цесаревича Тэд хлопнул хлопушкой-нумератором из тех, что используют при съёмке фильмов — вообразите, он принёс её с собой, уж очень ему не терпелось устроить «драматизацию», — и группа бросилась обсуждать эту сценку с места в карьер. Слышен был голос Штейнбреннера, который аргументированно разъяснял, что всё, всё — чепуха, от полного до последнего слова! И почему это принцесса Гессенская отказалась говорить на родном языке? Тут замечу вам как бы на полях, что историческая Александра Фёдоровна немецкий язык не очень жаловала и даже не считала вполне родным, она ведь с восьми лет росла при английском дворе. Иван, будто озвучивая мои мысли, возражал и допытывался: а в чём мы видим невероятность? Лизе всё очень понравилось. Ещё пара человек высказывалась в пользу того, что Анастасия Николаевна выглядела вполне убедительно, а Настя улыбалась почти торжествующе: она и сама это знала. Я тоже отвесил своей аспирантке комплимент, похвалив её английский язык. Большинство вслух жалело Алёшу. Да и было за что! Он весь взмок, будто выполнял тяжёлую физическую работу, рубаха липла к телу мокрыми пятнами, так что он поспешил надеть свитер. Даже и в свитере он выглядел достаточно несчастным, и, севший в позе кучера, сгорбивший спину, всё повторял вслух: «Я не заслужил этого… Позор… Какой позор!»
Марта присела рядом с ним и, взяв его руку, осторожно гладила её, что в другое время наверняка вызвало бы усмешки, переглядывания и перешёптывания, но сейчас всем показалось естественным: в конце концов, она была «маленькой К.», кому же, как не ей, было утешать своего Ники?
Алексей вдруг поднял голову и сказал достаточно громко, отчётливо:
«Как хорошо, что я ещё только Наследник! А что, морганатический брак уже сам собой приведёт к отречению от престола? Что же, я рад за Мишу! Дай Бог, он управится лучше».
Эта фраза привела к секундному оцепенению. Боюсь, кто-то успел даже подумать, что Лёша тронулся умом, прежде чем мы сообразили, что он просто остаётся внутри роли, а под «Мишей» имеет в виду великого князя Михаила Александровича.
17
НИКОЛАЙ. Дорогая Алиса!
АЛИКС. Ты можешь говорить по-английски, Ники, милый. Если хочешь, конечно.
НИКОЛАЙ. Милая Элис! Ты должна знать — что моя любовь к тебе — безгранична. Самое время — мне наконец узнать — узнать — твоё окончательное решение. Я не могу выносить этого — колебания — больше. Вот ведь правда позор!
АЛИКС. Разве я не сказала тебе раньше, что совершенно не могу перейти в православие? Ты это осознаёшь?
НИКОЛАЙ. Ты считаешь — мою религию — ни… — ниже своей?
АЛИКС. Я не сказала ничего такого. Я не богослов. Единственная беда твоей религии — то, что она слишком уж почитает мучеников. Я не хочу быть мученицей, Ники, милый! Я хочу жить обычной жизнью и быть счастливой самым заурядным способом. Ты считаешь, это пошло с моей стороны? Ники, мне очень жаль! (Подойдя к Наследнику, проводит рукой по его лбу, убирая с него прядь волос. Тот отшатывается.) Даже сейчас я прекрасно вижу, что стала бы непопулярной у твоих соотечественников, если бы ты на мне женился. Считай это предчувствием. Ты бы тоже стал непопулярным у своего народа, и всё из-за меня. Ты пробовал бы всеми силами защитить свою старую жёнушку, и эти твои соотечественники в итоге убили бы нас в каком-нибудь сыром подвале. Грязные бандиты! Видишь, я называю их грязными бандитами, и я в принципе не очень люблю людей. Плохое качество для царицы, но мне не преодолеть себя. Ничего хорошего не выйдет из нашей помолвки. Твоя «маленькая К.», о которой ты мне рассказал на днях, будет очень рада и предложит тебе все утешения, которые ты заслужил. (С чувством.) Аж сердце переворачивается — глядеть на то, как ты страдаешь, мой мальчик! Пожалуйста, считай себя свободным от всех обещаний, что ты мне дал. Последнее… (Она целует его в лоб.) И — прощай! (Выходит