Хедли неуверенно постоял на тротуаре, пока Марша обходила машину – длинноногая, очень прямая и тонкая в вечерней тьме.
– Запрыгивайте, – лаконично сказала она. – Подброшу вас домой.
– Вы уверены… – Начал было Хедли, но все же сел в машину и закрыл дверцу. – Тут недалеко: я могу пройтись пешком.
Сжав губами незажженную сигарету, Марша завела мотор.
– Минуту на прогрев, – она перегнулась, чтобы подкурить сигарету. – Они чуть не умерли, пока добежали до меня. Дейв и Лора. Они полностью деморализованы.
– Я знаю, – сказал Хедли.
– Они теряют дееспособность при первом же сильном ударе. Все это обман, – глядя прямо перед собой, Марша наблюдала за далекими передвижениями машин и людей, за ярко освещенным скоплением неоновых вывесок, обозначавшим деловой район в центре города. – Обман, обман, обман, – она тронулась с места, врубила фары и плавно выехала на дорогу.
Марша припарковалась перед его домом, и они немного посидели – во всей округе районе бодрствовали только эти двое. Дети крепко спали сзади. На темных тротуарах – ни единого силуэта. Вдоль по улице один за другим выключались фонари. Был уже почти час ночи.
– Вы женаты? – спросила Марша.
Он рассказал ей об Эллен и Пите.
– Сколько уже ребенку? Месяц? – Она стряхнула пепел в открытое окно машины. – Везет же вам. У вас еще все впереди… Помню, когда Тимми был маленьким… Это совершенно другой мир. Каждая перемена в нем – это перемена в тебе.
– Вы часто бываете на юге полуострова? – спросил Хедли.
– Изредка. Когда есть желание. Я приезжала, когда здесь выступал Бекхайм… Тогда-то мы с вами и познакомились. Вы пришли с Дейвом и Лорой. Вы слушали его лекцию… только заключительную часть, как вы сказали.
– Я вернулся на следующий день и прослушал ее всю.
– Правда? – Марша задумалась. – И какое у вас сложилось мнение?
– У меня… он произвел на меня очень глубокое впечатление, – выпалил Хедли. – Я считаю, что он хорошо выступил.
– Он необычный человек. Он меня заинтересовал. Вы что-нибудь о нем знаете? Если уж на то пошло, расскажу, что знаю сама. Теодору Бекхайму пятьдесят пять лет, хоть он и сомневается, что это его точный возраст. Он родился в Винегар-Бенде, штат Алабама.
– Он ведь негр? – спросил Хедли.
– Верно. В тринадцать лет он убежал в Новый Орлеан. Нашел себе работу на фабрике по обжарке кофе. Каждый день выплывал на гребной лодке в залив и взбирался на борт кофейных судов, прибывавших из Бразилии. Он отбирал образцы различных сортов кофе… Получал за это двадцать пять центов в час. В восемнадцать женился. Родились дети – трое сыновей. Жена умерла в 1916-м. В 1918-м пошел в армию, и его отправили за океан. Возвращался домой окольным путем… Сначала поехал в Африку, на Золотой берег. Работал на рудниках ЮАР. Вернулся в Соединенные Штаты как раз накануне Великой депрессии. У него было немного денег, и он вложил их в покупку земли. Вместе с тремя сыновьями собирался заняться земледелием. Но, когда грянула депрессия, потерял землю: они не смогли выплачивать ипотеку. Уехали из деревни – дело было в Виргинии – и переселились в город. В Чикаго. Черный пояс.
– Он… основал Общество?
– Нет, – сказала Марша. – В двадцатые годы в Чикаго религиозная жизнь била ключом. Существовал даже культ магометанских негров… Ближневосточная ересь под названием Бахаи[24]. Куча сект, мистических направлений. Общество стражей было основано еще в 1887 году. Фундаменталистская группа, отколовшаяся от баптистов. Ею руководил старичок-негр – Джон Миддлтон Фрисби. У них была суповая кухня… раздавали еду в качестве приманки. Чтобы получить пищу, нужно было выслушать их рассказ, почитать «Народного Стража». Бекхайм и его сыновья забрели в миссию, получили еду и поняли, в чем состоит задача. Времена были трудные… Вы этого не помните.
– А вы? – спросил Хедли.
Марша усмехнулась, начала было отвечать, но вновь улыбнулась.
– О чем вы думаете? На сколько я выгляжу? Старуха с двумя детьми…
Хедли решил угадать.
– Около… тридцати.
– Мне двадцать шесть. Тимми я родила в шестнадцать. Когда-нибудь об этом расскажу. Нет, я тоже не помню те времена. Но я слышала, как о них рассказывал Бекхайм.
– В личной беседе?
Она кивнула.
– Ну да.
– Где он сейчас?
– В Сан-Франциско. В начале этого месяца перенес сердечный приступ, – продолжала она бесстрастно. – Сейчас он отдыхает от дел… а потом отправится на север – в Сакраменто, и дальше – в Орегон и Вашингтон.
24
Бахаи (бахаизм) – одна из молодых религий откровения, основанная в сер. XIX в. Бахауллой (1817–1892), который почитается бахаи как последний из ряда «Богоявлений», включающего также Авраама, Моисея, Будду, Заратустру, Кришну, Иисуса Христа, Мухаммада, Баба и др.