Выбрать главу

Мы можем полагать, что «Илиада» именно как поэма была сочинена Гомером, одним из величайших сказителей в истории человечества, и ею можно наслаждаться именно как эпическим произведением.

Если бы Гомер жил в наши дни, он мог бы стать прекрасным радио– или телеведущим. Он ясно осознал необходимость пробудить с самого начала интерес у своих слушателей, отсюда и драматическая насыщенность первой книги «Илиады», начинающейся с эпизода ссоры между Ахиллом и Агамемноном, имевшей столь трагические последствия для греков.

Песнь вторая

Из второй песни мы узнаем, что греки возобновили нападения на троянцев, а затем следует каталог предводителей с упоминанием количества принадлежавших им кораблей. Они приплыли из Афин, Аргоса, «крепкостенного» Тиринфа, Коринфа, Спарты и Аркадии.

Царь Одиссей предводил кефалленян, возвышенных духом,Живших в Итаке мужей и при Нерите трепетолистном.

Из всех областей Греции прибыли они, и их главным противником был Гектор, носивший сияющий шлем. Он был сыном Приама и предводителем троянцев.

Песнь третья

В третьей песни мы узнаем, что греки и троянцы построились друг против друга в боевых порядках. Однако это отнюдь не следует понимать в том смысле, что одна группа людей с линии горизонта стреляла в другую группу людей на линии горизонта, подобно тому как это происходит в наши дни. Максимум, что могли сделать греки и троянцы, так это лишь обстреливать друг друга из луков.

Затем Парис, тот самый, который украл Елену, бросает вызов всем предводителям аргивян. Он предлагает сражаться один на один вплоть до смерти одного из противников. И этот вызов принимает Менелай, оскорбленный муж. Однако при виде последнего Парис испугался и отступил, тогда как брат его Гектор побуждал юношу к битве. Затем было решено, что эти двое будут биться между собой, победителю достанется Елена и все ее сокровища, и, таким образом, война между греками и троянцами прекратится. Предводители тех и других сели сообща. Были принесены бараны для жертвоприношения, а Приам оповестил всех, что он готов стать гарантом верности данной клятве. Елене было сказано:

Ныне герой Александр и с ним Менелай браноносецС длинными копьями выйдут одни за Елену сразиться.Кто победит – и жены и сокровищ властителем будет.

Жертвоприношение было совершено, и вслед за этим Парис по жребию выиграл право первым метнуть в своего противника копье:

Тою порой вкруг рамен покрывался оружием пышнымЮный герой Александр, супруг лепокудрой Елены.И сперва наложил он на белые ноги поножиПышные, кои серебряной плотно смыкались наглезной;Перси кругом защищая, надел медяные латы,Брата Ликаона славный доспех и ему соразмерный;Сверху на рамо набросил ремень и меч среброгвоздыйС медяным клинком; и щит захватил, и огромный икрепкий;Шлем на могучую голову ярко блестящий надвинулС гривою конскою; гребень ужасный над нимволновался;Тяжкое поднял копье, на которое было споручно.Так и Атрид Менелай покрывался оружием, храбрый.

Далее идет описание сцены боя:

Первый герой Александр послал длиннотенную пикуИ ударил жестоко противника в щит круговидный;Но – не проткнуло меди, согнулось копейное жалоВ твердом щите.

В свою очередь Менелай:

…мощно сотрясши, поверг длиннотенную пику,И ударил жестоко противника в щит круговидный;Щит светозарный насквозь пробежала могучая пика,Броню насквозь, украшением пышную, быстропронзилаИ, на паху подреберном, хитон у Париса рассекла;Бурная; он, лишь отпрянув, погибели черной избегнул.Сын же Атреев, исторгнув стремительно мечсреброгвоздый,Грянул с размаха по бляхе шелома; но меч, над шеломомВ три и четыре куска раздробившися, пал из десницы.

Далее следует типичный для греков поворот сюжета: «Шлем последовал праздный за мощной рукой Менелая» и он мог бы убить Париса и получить обратно свою жену Елену. Но человек – это не скорлупка, плывущая по воле волн, не забава для богов, он должен был бороться на протяжении всего своего жизненного пути, сражаясь до последней возможности, или же потерять все, невзирая на все трагические превратности. Дочь Зевса Афродита пришла на помощь Парису и, окутав его темным облаком, укрыла во дворце Приама. Троянцы не имели ни малейшего желания прятать его от Менелая, потому что «всем он и им уже был ненавистен, как черная смерть».