– Но оспу ведь уничтожили.
– В этой вселенной, да, – сказала Мэри. – Поэтому от неё больше не прививают. Но возможно, что…
Луиза кивнула, догадавшись.
– Возможно, что в его вселенной её не уничтожили.
– Именно, – кивнул Рубен. – Но в любом случае есть масса патогенов, которые эволюционировали в его мире и от которых у нас может не быть иммунитета.
Луиза глубоко вдохнула, по-видимому, пытаясь успокоиться.
– Но я чувствую себя хорошо, – сказала она.
– Я тоже, – ответил Рубен. – Мэри?
– Со мной всё в порядке.
Рубен покачал головой.
– Но рисковать всё равно нельзя. В Сент-Джозефе брали кровь Понтера на анализ; женщина из центральной лаборатории, с которой я говорил, сказала, что она позвонит тамошнему заведующему патологией, и они сделают мазки на всё, на что можно.
– У нас достаточно еды? – спросила Луиза.
– Нет, – ответил Рубен, – но нам привезут, и…
Динь-дон!
– О, чёр-рт! – зарычал Рубен.
– Кто-то стоит у двери! – объявила Луиза, выглядывая сквозь окно.
– Репортёр, – определила Мэри, увидев звонящего.
Рубен бросился наверх. Мэри подумала было, что он вернётся с дробовиком, но потом услышала, как он кричит из окна верхнего этажа:
– Уходите! Этот дом на карантине!
Мэри видела, как репортёр отступил от двери на несколько шагов и поднял голову, глядя на Рубена.
– Я хотел бы задать вам несколько вопросов, доктор Монтего, – крикнул он.
– Уходите! – крикнул Рубен в ответ. – Неандерталец болен, и минздрав наложил на этот дом карантин.
Мэри услышала, как по просёлку приближаются ещё несколько автомобилей; в окнах стали видны красно-жёлтые сполохи мигалок.
– Да ладно, доктор, – не сдавался репортёр. – Всего пара вопросов.
– Я серьёзно, – крикнул Рубен. – У нас здесь инфекционное заболевание.
– Я так понимаю, профессор Воган с вами? – крикнул репортёр. – Она может прокомментировать анализ неандертальской ДНК?
– Да уходите же! Ради бога, человече, бегите отсюда!
– Профессор Воган, вы здесь? Стэн Тинберген, «Садбери Стар». Я бы хотел…
– Mon dieu![40] – воскликнула Луиза, указывая на улицу. – У него винтовка!
Мэри посмотрела туда, куда показывала Луиза. Метрах в тридцати от дома действительно кто-то целился в их сторону из длинной винтовки. Секундой позже стоящий рядом человек поднял ко рту мегафон:
– Это RCMP, – произнёс его усиленный мегафоном раскатистый голос. – Отойдите от дома.
Тинберген обернулся.
– Это частная собственность! – крикнул он. – Здесь не было совершено преступления, и…
– ОТОЙТИ ОТ ДОМА! – взревел федерал. Он был одет в гражданское, но на их белой машине действительно виднелись буквы RCMP и их французский эквивалент, GRC[41].
– Если доктор Монтего или профессор Воган ответят на пару вопросов, – сказал Тинберген, – я тут же…
– Последнее предупреждение! – крикнул федерал в мегафон. – Мой напарник постарается только ранить вас, но…
Тинберген, по-видимому, очень хотел свою статью.
– Я имею право задать вопросы!
– Пять секунд, – прогремел голос федерала.
Тинберген не сдавался.
– Четыре.
– Общество имеет право знать! – крикнул репортёр.
– Три!
Тинберген снова повернулся к дому, по-видимому, настроенный любой ценой получить хотя бы один ответ.
– Доктор Монтего, – крикнул он, подняв голову к окну верхнего этажа, – насколько опасна эта болезнь?
– Два!
– Я отвечу на все ваши вопросы, – крикнул в ответ Рубен. – Но не вот так вот. Отойдите от дома.
– ОДИН!
Тинберген резко развернулся и поднял руки на уровень плеч.
– Ну хорошо, хорошо! – проворчал он и медленно пошёл прочь от дома.
Не успел репортёр дойти до противоположной стороны улицы, как в доме зазвонил телефон. Мэри подошла к столу и взяла трубку, но Рубен, похоже, уже ответил на звонок с аппарата наверху.
– Доктор Монтего, – произнёс в трубке мужской голос, – это инспектор Мэттьюз, RCMP.
В обычных обстоятельствах Мэри положила бы трубку, но она умирала от любопытства.
– Здравствуйте, инспектор, – ответил голос Рубена.
– Доктор, минздрав попросил нас оказать вам любую помощь, какая потребуется. – Голос инспектора звучал слабо; должно быть, он звонил с сотового телефона. Она вытянула шею, чтобы посмотреть в окно; человек, говоривший в мегафон, теперь действительно стоял возле своей белой машины и держал у уха телефон. – Сколько людей в доме?