В следующем письме Ленин пишет:
«Звезда» будет продолжаться либо еженедельная либо в виде копейки ежедневной[62]. Великолепными «Сказками» Вы очень и очень помогали «Звезде» и это меня радовало чрезвычайно…»
Ленин предлагает Горькому написать «майский листок» («Тряхните стариной — помните 1905-ый год…») и опять при этом возвращается к мысли о «Сказках»:
«Хорошо бы иметь революционную прокламацию в типе Сказок «Звезды»[63].
Сказки Горького, которые Владимир Ильич Ленин называл «великолепными», имеют эпиграф из Андерсена: «Нет сказок лучше тех, которые создает сама жизнь».
Забастовка служащих в трамвае Неаполя, когда толпы бросались на рельсы, не пропуская вагоны; разбор по рукам детей забастовщиков в Генуе; матери — источник всепобеждающей жизни, дети их — социалисты, рабочие люди Италии, которые слышат правду по запаху, — ведь правда всегда пахнет трудовым потом, — вот сюжеты этих сказок.
«…Льется под солнцем живая, празднично-пестрая река, людей, веселый шум сопровождает ее течение, дети кричат и смеются, не всем, конечно, легко и радостно, наверное, много сердец туго сжато темной скорбью, много умов истерзано противоречиями, но — все мы идем к свободе, к свободе!
И чем дружнее — все быстрее пойдем!»
«Сказки» вызывали бодрость в рабочих, усиливали их веру в свои силы, уверенность в скорой победе над темными силами жизни.
Горький и создавал «Сказки» с расчетом на рабочего читателя. Подготовляя отдельное издание их, он писал:
«Считая эти «сказки» недурным материалом для чтения русских рабочих, я хотел бы сделать русское издание особенно тщательным, что и сделаю в течение лета» (27, 233).
Контрреволюция 1908, 1909, 1910 годов, возглавлявшаяся Столыпиным, жестоко угнетала крестьян и рабочих. Преследования революционеров, виселицы и каторга столыпинской реакции пытались заглушить само воспоминание о 1905 годе.
Горький отвечал такими разоблачающими вещами, как «Жизнь ненужного человека», «Последние», «Васса Железнова», как «Городок Окуров», «Матвей Кожемякин».
Но уже в 1910 году Горький пишет пьесу «Чудаки», в которой в уста писателя Мастакова вкладывает такую речь:
«Я ужасно рад, что живу и что вот — вокруг меня гудит, волнуется Россия, такая милая, славная, страна… мелькают эти смешные, страшно близкие душе, русские человечьи рожи… дети какие-то особенные растут — ты замечаешь?.. Страшно приятно жить, Лена, честное слово! Догорают огни, но уже вспыхнули другие… хочется писать стихи, поэмы, хочется говорить светлые, задушевные слова… и подмигивать людям глазом — «ничего, братья! Живем!»
«Догорают огни, но уже вспыхнули другие…» — эти слова, которые в пьесе произносит писатель Мастаков, ясно говорят о минувшей революции 1905 года и о предстоящем подъеме.
Произнесенные со сцены слова эти должны были напоминать слушателям о состоянии страны.
Ленин видел начало брожения в летних стачках 1910 года и в последующих демонстрациях.
«Первое же начало борьбы, — писал Ленин, — показало нам опять, что живы те силы, которые поколебали царскую власть в 1905 г. и которые разрушат ее в этой грядущей революции»[64].
4
1911 год был годом упорной борьбы Ленина против меньшевиков, отзовистов и ликвидаторов, — борьбы за расширение и укрепление партии большевиков. Теперь это происходило в условиях нового подъема рабочего движения. Ленин писал:
«Все большевики должны сплотиться теперь теснее, укрепить свою фракцию, определить точнее и яснее партийную линию этой фракции… собрать разрозненные силы и идти в бой за РСДР Партию, очищенную от. проводников буржуазного влияния на пролетариат»[65].
Чудовищные преследования царизма вызвали развал части партийных организаций, чем и воспользовались меньшевики, стоявшие за ликвидацию нелегальной партии. Борьба — Ленина и объединившихся вокруг него большевиков отстояла партию и сохранила ее основные кадры.
В январе 1912 года удалось созвать представителей почти всех районов России на конференцию в Праге, которая окончательно оформила большевиков в самостоятельную партию.
Ленин писал Горькому об итогах Пражской конференции:
«Наконец удалось — вопреки ликвидаторской сволочи — возродить партию и ее Центральный Комитет. Надеюсь, Вы порадуетесь этому вместе с нами»[66].