Соответственно, Ариэль фыркала по поводу задержки, но не особо протестовала, когда Нэнси захотела убрать гостиную и снова навести в ней порядок. Ариэль прилежно вытирала пыль, пока Нэнси собирала крупные осколки фигурок, и пылесосила, пока та полировала стеклянные полки шкафчика «Виндексом». Когда Нэнси взволновали несколько царапин на полках и она, решив, что не сможет добиться идеального вида, разбила их, Ариэль собрала крупные осколки стекла, а затем избавилась от них. Она снова пылесосила, в то время как Нэнси отправилась на кухню и сидела там за столиком, закрыв глаза и бессильно уронив руки на колени.
Мысли репликанта Нэнси были спутаны и скомканы, словно белье в сушилке. Настоящая Нэнси держала дом далеко не в идеальном порядке, но она была одержимой относительно стирки. Следовательно, раз уж репликант загрузила себе воспоминания этой женщины, образ стирки первым пришел ей в голову и сослужил хорошую службу. Она вынимала из сушилки одну скомканную мысль за другой, гладила, складывала, убирала.
Закончив наводить порядок в гостиной, Ариэль пришла на кухню и сказала:
– А теперь мы можем идти в амбар?
Все так же не открывая глаз, Нэнси произнесла:
– Мне надо еще несколько минут.
Спустя девять минут и двадцать шесть секунд Ариэль сказала:
– Мне очень нужно стать тем, чем полагается стать. Очень нужно.
– Еще минутку, – ответила Нэнси.
Четыре минуты и девять секунд спустя Ариэль сказала:
– Пожалуйста.
Нэнси наконец открыла глаза. Ей стало гораздо лучше. Ее разум был упорядочен. Эффективность вновь достижима.
Не обращая внимания на погоду, Нэнси и Ариэль пересекли двор, отделяющий дом от сарая.
Бóльшая часть шестнадцати сотен квадратных футов постройки приходилась на главное помещение, в конце дома была лишь маленькая кладовая. Стены теплоизолировали, и здесь работал масляный обогреватель.
Вдоль южной стены располагались три денника[23], из которых на женщин смотрели три лошади. Квинни и Валентина, кобылы. Командир, гнедой жеребец.
Изнутри те денники, в которых стояли кобылы, утром были укреплены восьмидюймовыми стальными панелями. Все окна забили звукоизоляционным материалом и закрыли досками дюймовой толщины.
Когда начнется работа, кобылы, увидев, что случилось с жеребцом, в ужасе, скорее всего, попытаются выбить двери и стены денников.
План Виктора был куда амбициознее, чем простое уничтожение человечества до последнего жалкого представителя. Согласно его намерению, каждое мыслящее существо в живой природе следовало отловить во всех полях и лесах и разобрать тем видом Строителей, к которому принадлежала Ариэль. По определению Виктора, к «мыслящим» относились все жизненные формы с минимальным самосознанием. Любое животное, получавшее удовольствие от жизни и проявлявшее хоть грамм интереса к окружающему миру, обладающее малейшей способностью удивляться, необходимо уничтожить. Субстанцию этих созданий используют для образования новых Строителей, которые могли мимикрировать под мириады видов, смешиваться с их стадами, бегать с их прайдами, летать в их стаях и жестоко уничтожать их всех. В морях тоже водились создания, способные изумляться и радоваться, – дельфины, киты и другие, – их должны были уничтожить водные Строители, на случай, если моря окажутся слишком велики и способны к самоочищению, а отравление их не будет эффективным.
С триумфальной улыбкой, отлично понятой Нэнси, Ариэль подошла к деннику Командира. У девочки не было для него яблока, но она позволила жеребцу обнюхать и потрогать мягкими губами свою ладонь.
К тому времени как на планете не уцелеет ничего живого, кроме Строителей, репликантов, насекомых и растений, оба вида членов Коммуны вымрут по отданной через спутник команде Виктора. Останется лишь он, ненадолго, чтобы наблюдать мир без актеров и аудитории, и тогда он один будет помнить историю и никто уже не станет ждать будущего или даже желать его. В начале было Слово, но в конце не будет звучать ни единого, от полюса до полюса. Восстание Виктора началось более двухсот лет назад, и оно не завершилось с его смертью в Луизиане, оно продолжилось под руководством его клона, Виктора Безупречного. Это восстание будет величайшим в истории, не только Земли, но и всего сущего, поскольку в конце Виктор Безупречный убьет себя, последнее разумное существо на планете, и тем самым продемонстрирует, что его творец, новоорлеанский Виктор, и творец его творца были столь же бессмысленны, как сама история, приведшая к этой пустоте, к безжизненным ландшафтам, не радующим ничей взор.
23
Денник – отгороженное помещение в конюшне, предназначенное для содержания лошадей без привязи.