Настоящим извещаем вас, что на основании статьи 8, параграфа 1451(а) Кодекса Соединенных Штатов возбуждено дело о лишении вас американского гражданства, полученного незаконным путем в результате сокрытия вами решающих обстоятельств вашей биографии, делающих вас автоматически не подходящим под закон о предоставлении беженцам гражданства США. В случае потери вами гражданства вы будете депортированы по месту прежнего жительства.
Министерство юстиции США
Отдел особых расследований
Эли Розенбаум[187]
Сделав над собой усилие, я отправилась к миссис Островиц просить, чтобы Розмари у нее несколько дней переночевала. Потом села на поезд и отправилась в Вашингтон.
Добиться приема у Розенбаума труда не составило, я только перечислила серкретарше все лагеря, в которых сидела. Он принял меня в своем маленьком кабинете, до потолка заваленном книгами и бумагами на всех европейских языках. Высокий и нескладный, он умудрялся смотреть на меня снизу вверх, как благочестивый католик на статую Девы Марии. Я и такие как я тени прошлого с номерами на руках были смыслом его жизни. Ради нас он, выпускник юрфака Гарвардского университета (вон диплом на стене), не пошел делать большие деньги в частную фирму. Ради нас он расследовал преступления тридцатилетней давности, совершенные за пределами США. Ради нас.
Я рассказала ему все как есть. Про бордель, про DP-лагерь, про Розмари-вторую.
− Я напишу то, что он требует. Иначе он убьет мою внучку.
− Конечно, напишете. Но это ничего не изменит. Он все равно будет лишен гражданства и депортирован.
− Но неужели нельзя посадить его в тюрьму здесь, раз он так не хочет возвращаться в Советский Союз? Русским он действительно все долги уже заплатил.
− Миссис Гринфельд, мы не имеем полномочий сажать их в тюрьму здесь. Преступления были совершены за пределами США. Все, что мы можем, – это лишить гражданства и депортировать. Закон такой.
− Как вы его нашли?
− Его на улице узнал бывший узник Саласпилса. И пришел к нам.
− Но когда он поймет, что мое письмо не принесло пользы, он все равно убьет Розмари. Неужели нельзя его за это посадить?
− За что? За угрозы? Это легкая статья, его отпустят под залог и гуляй себе. Власти штата не начинают чесаться по-настоящему, пока труп не лежит. Неужели вам вашу внучку негде временно спрятать?
Если бы можно было. Но с тех пор, как русские вошли в Афганистан, Дэвид не вылезал из командировок.
− Он же еще не такой старый. Неужели вы не можете подождать? Какая разница, депортируете вы его сейчас или через пять лет. Розмари окончит школу и уедет в колледж. В конце концов, есть другие нацисты.
В начале этого монолога на лице Розенбаума было написано “это она что, серьезно?”, но услышав про других нацистов, он весь подобрался и спросил:
− Вы кого-то конкретного имеете в виду?
Я протянула ему папку бумаг. Перед тем, как сюда явиться, я три дня просидела в Национальном архиве, копаясь в пыльных коробках и читая бесчисленные газеты на диафильмах. Только на основании материалов в открытом доступе (пусть пылящихся на архивных полках), я составила список немецких медиков, инженеров, конструкторов, которых американцы после войны взяли себе на службу. Все они занимали высокие посты в лагерях, все делали свои открытия на костях людей в полосатых пижамах. Куда там какая-то шавка-охранник, озабоченная только своей жалкой никому не нужной жизнью и содержимым собственной миски.
− Вот взгляните… Артур Рудольф… Возглавлял производство ракеты Фау-2 в Доре-Мительбау… сейчас подвизается в НАСА, разработал ракету Першинг и ракету Сатурн-пять. Губерт Стругхольд… доктор медицины… проходил свидетелем по Нюренбергскому делу врачей… ставил эксперименты на заключенными в Дахау… Научный директор отдела космической медицины, опять же в НАСА… Барон Отто фон Большвинг… функционер нацистской разведки в Румынии и Греции… заместитель Эйхмана… завербован ЦРУ… получил американское гражданство[188].
− Вы хотите сказать, что правительство США прикармливало бывших нацистов?
О святая наивность! Он совсем как моя внучка, совсем как те девочки, с которыми я сидела в тюрьме Парчман. Дэвид тоже был такой же, пока несколько лет спецопераций в джунглях Вьетнама и Лаоса не поубавили его идеализма.
− Эли, – спросила я как можно мягче. – Сколько вам лет?
− Двадцать шесть, мэм. Но это к делу не относится.
− Разумеется, не относится. Но неужели вы так и будете гоняться за мелкой рыбешкой, потому что ловить крупную вам слабо? Я оставляю вам информацию, которую мне удалось разыскать, и делайте с ней, что хотите. Возможно, она отвлечет от Иманта Стауверса внимание вашего начальства. Но если моя внучка погибнет, то часть вины ляжет на вас.
187
Директор Отдела особых расследований (Office of Special Investigations) при минюсте США с 1995 по 2010 год. До этого работал там же рядовым адвокатом. Самый известный и успешный «охотник за нацистами» на территории США. В 2010-м отдел был переформирован в связи с тем, что основная масса военных преступников уже не нацисты, а выходцы из Африки и с Балкан.
188
Артур Рудольф (1906–1996) – согласился на предложение Отдела особых расследований, добровольно отказался от американского гражданства и в 1983-м году уехал в Германию. Немецкий суд не предъявил ему никаких обвинений, потому что срок давности всех преступлений кроме убийства давно прошел. В 1987 году Рудольф получил немецкое гражданство. Больше людей погибло при строительстве ракеты Фау-2, чем от ее применения по прямому назначению.
Губерт Стругхольд (1898–1986) – внес огромный вклад в американскую космическую программу, в его честь была выпущена медаль и названа библиотека в музее космических исследований в Аламогордо, Нью-Мексико. В 1983 году Отдел особых расследований начал расследовать участие Стругхольда в медицинских экспериментах над людьми в Дахау. Стругхольд умер до окончания судебного дела и таким образом избежал лишения гражданства и депортации. После его смерти НАСА забрала у него все награды и почетные звания, а библиотеку переименовали.
Отто фон Большвинг – был завербован предшественниками ЦРУ (Office of Strategic Services) в составе организации Гелена. Генерал вермахта Рейнхард Гелен, бывший глава разведки на Восточном фронте, предложил свои услуги американцам. Сохранилась переписка фон Большвинга с его другом и начальником Адольфом Эйхманом, где разрабатываются планы очищения подконтрольной рейху территории от евреев. К тому моменту, как Отдел особых расследований занялся им, фон Большвинг находился в доме престарелых, ничего не помнил и плохо соображал. Стороны пришли к соглашению – фон Большвинг отказывается от американского гражданства, а правительство не настаивает на депортации. Спустя десять недель фон Большвинг умер.