Царица Ирина. Фрагмент миниатюры из Псалтири Дмитрия Годунова. 1591–1594
Зато… четвертой повезло гораздо больше. Той, у которой супругом состоял тишайший, «простоумный» Федор Иванович.
Царевич венчался с Ириной Годуновой между 1573 и 1575 годами[186]. Надо полагать, не на его потомство царь возлагал надежды, связанные с престолонаследием. Ивану Васильевичу, вероятно, до поры до времени казалось достаточным устроить судьбу сына Ивана. И лишь после его второго развода отец стал задумываться: а кто, собственно, виноват в отсутствии внуков? Невестки или… старший сын? Ведь не напрасно «прекрасная молодая девица» Ирина Годунова была публично названа невестой царевича Федора лишь после того, как его старший брат, прожив многие годы в супружестве, не обзавелся потомством[187]. А может быть, Федор Иванович, с его богомольным характером, вовсе не задумывался о супружестве, пока родитель не привел его к невесте? Когда же это произошло, царевич обязан был принять выбор родителя.
Таким образом, семейные дела Федора Ивановича с самого начала имели статус «большой политики».
Теперь стоит сопоставить два факта.
Во-первых, после гибели царевича Ивана его отец потерял возможность получить внуков от этой своей «отрасли». И, как подсказывает логика, вынужден был особое внимание обратить на брак следующего наследника — Федора Ивановича.
Во-вторых, до самой смерти Ивана IV Ирина Годунова оставалась бесплодной. Или, во всяком случае, не могла родить жизнеспособного ребенка. Несколько лет супружества по тем временам являлись достаточным доказательством бесплодности жены и очень весомым поводом для расторжения брака. Собственно, одного этого — и в формальном, и в практическом смыслах — хватило бы для пострижения Ирины Годуновой. Судьба династии фактически зависела от ее чадородия, а значит, оказалась подвешенной на волоске. Иван IV, по своему обыкновению, не погнушался бы приступить к сыну с требованиями сменить жену. Новый брак царевича Федора нужен был монарху для большей уверенности в том, что царский род не пресечется. А значит, он был нужен как мало что другое на закатной поре жизни Ивана Грозного…
Но… Ирина Годунова благополучно пережила Ивана Васильевича и стала русской царицей, счастливо миновав подводный камень развода. Как такое могло произойти?
Иностранные источники сообщают историю, показывающую, что у милого, доброго «молитвенника», «пономарского сына», как величал его родитель, иной раз прорезалась воля, которую не мог перебороть и сам грозный отец.
Итак, о тяжких семейных обстоятельствах царевича Федора Исаак Масса сообщает следующее: «Федор Иванович взял себе жену еще при жизни своего отца-тирана, и так как в течение трех лет у него не было от нее наследника, она родила одну только дочь, которая вскоре умерла[188], то Иван Васильевич пожелал, чтобы сын, следуя их обычаю, заточил ее в монастырь и взял себе другую жену… Федор Иванович, человек нрава кроткого и доброго, очень любивший свою жену и не желавший исполнить требование отца, отвечал ему: „Оставь ее со мною, а не то так лиши меня жизни, ибо я не желаю ее покинуть“. В досаде, что сын не подражает ему, Иван горько раскаивался, что предал смерти своего сына, весьма походившего на него»[189]. Нет никакой уверенности в том, что царевич Иван Иванович по характеру своему был близок Ивану IV, но, во всяком случае, он оказался более послушен отцовской воле, чем младший брат.
Кроткий Федор нашел для неистового родителя единственную угрозу, способную переломить его настойчивость: царевич поставил на кон свою жизнь. А для Ивана IV жизнь сына обрела теперь особенную ценность, ведь это была еще и жизнь единственного законного престолонаследника, плоть от плоти царской…
186
В специальной исторической литературе фигурирует несколько вероятных дат женитьбы царевича Феодора Ивановича. Чаще всего исследователи поддерживают либо 1574/1575-й, либо 1580 год. Первого варианта держался, например, А. А. Зимин, второй называла Т. Панова. Немецкий дипломат Даниил Принц мимоходом свидетельствует о первой дате. Это возможный вариант, особенно если учесть, что Феодор Иванович уже вошел тогда в брачный возраст, но еще не «задержался» в нем — царевичу тогда было 17–18 лет. Однако известие Принца — весьма краткое, сделанное мимоходом, — выглядит ненадежно. Пискаревский летописец сообщает, что «…царь и государь и великий князь Иван Васильевич всеа Руси женил сына своего царевича Феодора Ивановича, да взял за него дочерь Феодора Годунова Ирину» в 1573 году. Однако и это известие не вызывает доверия: в этом месте летописец под 7081 (1572/1573) год поместил события, имевшие место на широком хронологическом пространстве от 1572 до 1576 года — явно ошибочно. Исаак Масса рассказывает о том, как Ирина Годунова, будучи замужем за царевичем Феодором в течение трех лет при жизни Ивана IV, вызвала недовольство царя, не дав супругу желанного наследника. Иван IV умер в начале 1584 года, следовательно, речь идет о начале 1581-го или конце 1580 года. Но и это известие сомнительно — возможно, недовольство царя Ириной Феодоровной вспыхнуло задолго до кончины монарха, и слова о трех годах надо понимать иначе: не до смерти Ивана Васильевича, а до конфликта, вызванного бесплодием этой его невестки. При подобной трактовке 1575 год остается возможной датой. Наконец, Дж. Горсей четко связывает женитьбу царевича Феодора с одной своей тайной дипломатической миссией, которая началась в 1580 году. Джером Горсей, как человек, постоянно пребывавший в России с середины 1570-х годов, знавший страну лучше заезжих дипломатов, которые знакомились с нею в течение нескольких месяцев или даже недель, доверенное лицо Бориса Годунова, посвященное в тайны рода Годуновых, заслуживает доверия. Однако есть и другое, более надежное свидетельство: от середины 1570-х годов дошли шитые покрова, дарованные монастырям представителями правящего семейства, и в надписях на этих покровах Ирина Годунова отчетливо названа супругой Феодора Иоанновича. В качестве примера можно привести надпись на покрове для раки преп. Пафнутия: «В лето 7083 (1575) марта в 5 день сделан покров сий при государе царе и великом князе Иване Васильевиче и при его царице и великой княгине Анне и при его благородных чадах Иване Ивановиче и при его царице княгине Феодосии, и при благородном царевиче князе Феодоре и при его царице княгине Ирине…» Значит, брак состоялся где-то между 1573 и 1575 годами.
188
Слова относительно дочери Федора Ивановича, родившейся еще при жизни Ивана Грозного, загадочны. Ирина Федоровна Годунова не была бесплодна. Она неоднократно оказывалась в положении, однако никак не могла разродиться жизнеспособным ребенком. Русские источники — как документы, так и летописи — ничего не сообщают о девочке, родившейся у царевича и его супруги до 1584 года. Поэтому возможны две трактовки странного известия Исаака Массы. Либо девочка действительно была, но умерла вскоре после родов, быть может, не дожив до крестильной купели. Либо нидерландский купец путает ее с царевной Феодосией Федоровной, действительно появившейся на свет, но лишь через много лет после смерти Ивана IV, когда Федор Иванович и его супруга давным-давно пребывали в сане царя и царицы.