Численность селевкидской армии в 193 г. до н. э., при Магнесии, достигала 72 000 человек, из них 60 000 пехоты.[531] В смотре, проведенном Антиохом IV в Дафне в 167 г. до н. э., приняло участие более 50 000 человек.[532] Антиох VII для похода против парфян собрал армию в 80 000 воинов.[533] Эти резервные силы вдвое или втрое превышали всю армию Антигонидов. Из эллинистических государств только Египет мог выставить столь большое число воинов.[534]
Даже в случае гораздо менее серьезных операций Селевкиды располагали значительными военными силами.[535] Так, во время войны с римлянами Антиох III направил в Пергам 4000 пехотинцев и 600 всадников.[536] Ахей оказался в состоянии отправить в помощь педнелисиям во время их конфликта с сельгами 6000 пехотинцев и 500 всадников.[537] Даже последние Селевкиды могли выставить на поле боя армии числом 10 000 пехотинцев и 1000 всадников.[538]
Каким образом набирались эти внушительные по численности войска? Можно было бы подумать, что царю надо было только призвать и вооружить молодых людей из бесчисленных народностей его державы, всех этих даев, кардусиев, писидян и т. д., наименования которых звучали в ушах легковерных греков накануне римской войны. И действительно, если учесть туземные воинские части, можно было достигнуть устрашающих по численности армий.[539] Так, одна небольшая народность в Писидии участвовала в войне между Сельгой и Педнелиссом, выставив 8000 гоплитов. Аспенд послал 4000 человек.[540] Один только город Кибира в Писидии мог обеспечить контингент в 30 000 пехотинцев и 2000 всадников.[541] В 221 г. до н. э. в армию было призвано 6000 киррестийцев.[542]
Но, даже допуская, что «всеобщая мобилизация» была технически возможна и терпима с политической точки зрения, следует учесть, что это стоило бы огромных денег. Упомянутые выше киррестийцы взбунтовались, так как не получили своего жалованья.[543] К тому же — и это главное — такие огромные массы людей были бы излишними на поле боя.
И действительно, если сравнить точные данные об эллинистических армиях у Полибия, обнаруживается, что соотношение между различными видами войск в селевкидской армии отличается от соответствующего соотношения у Антигонидов и Птолемеев.[544] При Рафии Птолемей располагал 11 000 пельтастов, Антиох — 27 000, в то время как линейная пехота у первого насчитывала 52 000 воинов, у второго — 35 000. У Селевкидов была довольно многочисленная конница, изобилие пельтастов, но мало тяжеловооруженных пехотинцев.
В решающей битве Антиоха I против галатов царская армия более чем наполовину состояла из легковооруженных воинов, в то время как у галатов бóльшую часть составляли гоплиты. Антиох спасся лишь благодаря своим шестнадцати слонам.[545]
Туземные части состояли, как правило, из легковооруженной пехоты и всадников. И неисчерпаемые резервы людей, которыми располагали преемники Ахеменидов — Селевкиды, не использовались ими, да и не могли быть использованы.
Слабым местом азиатской армии всегда была линейная пехота, сражающаяся тактическими, хорошо обученными единицами, гомогенность которых обеспечивается дисциплиной. А ее-то и не хватало порыву варваров. Со времен Кира Младшего персы при формировании батальонов регулярной пехоты использовали греческих наемников.[546] Селевкиды последовали этому примеру. В рядах селевкидской пехоты в большом числе сражались греческие и галатские гоплиты.
Военные приготовления начинались с отправки вербовщиков на рынки профессиональных воинов, например в Эфес,[547] для того чтобы обеспечить себя наемниками.[548] Общеизвестен образ Пиргорпоника, этого miles gloriosus («хвастливого воина»), который бахвалится тем, что он — агент Селевка I, посланный для набора воинов: nam rex Seleucus те opere oravit maxumo ut sibi latrones cogerem et conscriberem («ибо царь Селевк меня очень просил, чтобы я собрал и навербовал для него разбойников»). И далее: Nam ego hodie ad Seleucum regem misi parasitum meum et latrones quos conduxi hinc ad Seleucum duceret («Ибо сегодня я отправил к царю Селевку моего прихлебателя, чтоб он отвел к Селевку разбойников, которых я здесь нанял»).[549] Естественно, что наемников набирали также во время походов.[550] Командующие войсками были уполномочены в случае необходимости прибегнуть к набору.[551]
531
Liv., XXXVII.18. Полибий (XXI.10.2) в связи с этой же кампанией упоминает армию в 6 000 всадников.
533
Diod., XXXIV.17; Iust., XXXVIII.10.2. Согласно Юстину (XLI.5.7), Антиох III повел против парфян 100 000 пехоты и 20 000 всадников.
535
Я, разумеется, не принимаю во внимание фантастические цифры в книгах Маккавеев, у Иосифа Флавия или упоминаемых у Полиэна (VII.39) 6300 человек на одном военном посту в Персии.
538
Jos. Antt., XIII.384 (армия Деметрия III). Антиох XII повел против евреев 8000 гоплитов и 800 всадников (Jos. Antt., XIII, 388). Деметрий III вошел в Иудею с 3000 коней и 40000 пехотинцев (Jos. Antt., XIII.377), но большую часть этого войска составляли евреи — противники Александра Янная.
539