Очень мало известно, как организована была военная администрация. Одно приведенное у Страбона выражение (λογιστήριον το στρατιωτικόν) позволяет предположить, что существовало общее интендантство.[658] У Полибия упоминается Тихон — αρχιγραμματευς των δυνάμεων при Антиохе II. Он, должно быть, как и его египетские коллеги, ведал денежным содержанием и снаряжением войска. Во всяком случае, в иерархии он был важной персоной. Тихон оставил свою должность в связи с назначением его сатрапом области, прилегающей к Красному морю.[659]
Из другого текста видно, что αρχυπηρέται, известные нам из папирусов, были и у Селевкидов;[660] это высшие служащие канцелярий интендантства.[661]
Военным центром державы была Апамея.[662] Там содержались военные слоны и находилась «самая большая часть армии». В Апамее цари держали и свой конный завод, включавший 300 жеребцов-производителей и 30 000 кобылиц. «Здесь находились также мастера конного спорта, учителя фехтования и наемные платные учителя военных искусств».
Поскольку нет уверенности, что на сидонских стелах изображены селевкидские наемники, мы почти ничего определенного не знаем об обмундировании и вооружении их войск. Барельеф 158 г. н. э., недавно найденный в Дуре,[663] изображает самого Селевка Никатора. Он в военной форме: под короткой туникой эллинистическая кираса, высокие военные сапоги. Но в то же время у него в ушах большие серьги, что никак не было в обычае македонян, а его меч — ирано-пальмирского образца. Таким образом, очевидно, что здесь не следует искать точного воспроизведения селевкидской военной формы. На селевкидских монетах изображаются по большей части мифологические или символические персонажи и героизированные портреты царей.
Однако на бронзовых монетах Антиоха I изображен круглый щит, украшенный по краям шестью полумесяцами и якорем Селевкидов в центре. Круглый щит, украшенный якорем, имеется и на бронзовых монетах Селевка I. Точно такой же щит мы видим на современных им монетах Антигона Гонаты[664] с той только разницей, что здесь декоративной фигурой в центре является голова Пана.[665] Это явное доказательство тождества оборонительного оружия в Македонии и Сирии.
На одной монете Селевка II изображен конный копьеносец в галопе, с копьем наготове для нападения, в развевающейся на плечах хламиде. Можно ли видеть здесь изображение легкой конницы Селевкидов?[666] На монетах нескольких сирийских царей шлем фигурирует в более или менее различных формах.[667] Вооружение, изображенное на фризе милетского булевтерия, соответствует, вероятно, тому, которое было принято у Селевкидов.[668]
На нескольких буллах, найденных в Селевкии, видны солдаты вооруженные щитом и копьем.[669] Пехотинцы, вооруженные копьем, представлены также на монетах города Апамеи, выпущенных во II в. до н. э. Но все эти изображения слишком неточны и условны, чтобы создать об армии то непосредственное впечатление, которое получается при рассмотрении рисунков на стелах Сидона и Александрии или терракот, найденных в Египте. Вспомним в связи с этим терракоту из Мирины, изображающую, как селевкидский слон попирает галата.
§ 12. Интендантская служба
Во время войны жили главным образом за счет ресурсов соответствующей страны.[670] Но при этом необходимо было так вести себя, чтобы не терять симпатии населения. Продовольственное снабжение армии поэтому во многом зависело от доброй воли городов. Антиох III поблагодарил жителей Иерусалима за то, что они в 200 г. до н. э. «в изобилии обеспечили содержание наших солдат и наших слонов». В 190 г. до н. э. город Теос предоставил селевкидскому флоту вино в изобилии.[671] Во время одного из азиатских походов Антиоха III, вероятно против Ахея, пергамский царь Аттал I снабдил сирийцев хлебом и деньгами.[672] С другой стороны, провинции державы, даже отдаленные, должны были посылать деньги, ткани и другие предметы снабжения находившейся в походе армии. Так, в 273 г. до н. э., когда шла война с Египтом, правитель Вавилонии распорядился о таких поставках войскам, находившимся в Сирии.[673] Количество подлежавших поставке предметов, вероятно, распределялось между общинами, ремесленниками и т. д., как это делали в Египте в случае войны.
658
Strabo, XVI.II.10, с. 752: «Здесь (в Апамее) помещалось также военное управление и конный завод, где было более 30 000 царских кобылиц и 300 жеребцов. Здесь жили и объездчики лошадей, и люди, обучавшие обращению с тяжелым оружием, и различные учителя военного дела на жалованье».
660
Ср. OGIS, 754 = IGR, III, 901: посвящение граждан киликийского города Гиерополя в честь Исидора, сына Никия, одного из «первых и почтенных друзей царя» Таркондимота, τεταγμενον δε και αρχυπηρέτην των κατα την βασιλείαν δυνάμεων («назначенного αρχυπηρέτης царских войск»). Поскольку царство Кастабала, столицей которого был Гиерополь, образовалось в первой половине I в. до н. э. на территории бывшей селевкидской провинции, весьма вероятно, что администрация в нем была организована по селевкидскому образцу.
661
Ср. Welles, 18, стк. 20 (продажа царского домена в 254 г. до н. э.): την δε τιμην συντετάχαμεν ανενεγχειν εις το ΚΑΤΑΣΤΡΑΤΕΙΑΝ γαζοφυλάκι[ι]ον… — «мы предписали, чтобы цена была уплачена в… казну». Здесь усматривают указание на существование казны у армии, находящейся в походе (ср. W. W. Tarn. — «Class. Rev.», 1935, с. 24), но ср. Ad. Wilhelm. Neue Beiträge, III, с. 40.
663
M. Rostovzeff. — CR Ас. Inscr., 1935, с. 294; ср. M. Rostovzeff. — «Yale Calssical Studies», V, c. 233.
666
E. Babelon, № 275; ср. № 444 (Антиох III). Как указывает Бабелон (с. LXVI), такого же типа изображение имеется на бронзовых монетах Гиерона II Сиракузского. На маленьких бронзовых монетах, выпущенных, вероятно, в Селевкии на Тигре или в Вавилонии (шесть таких монет найдены в Селевкии; R.-H. Mc Dowеll. Coins, № 10), изображен скачущий галопом всадник, бросающий копье в поверженного наземь врага, который прикрывается своим щитом (Babelon, № 63).