Македонский календарь, принятый царской администрацией, не был в обязательном порядке введен в основанных Селевкидами городах. Мы встречаем его, например, в Европосе и Сузах, но Лаодикея на Лике и Антиохия Персидская имели свои особые календари.[1158]
Этот плюрализм показывает, что Селевкиды отнюдь не стремились к единообразию своих колоний. Они создавали международные центры, открытые для всех греков, даже для всех приобщившихся к эллинской цивилизации, и оставляли новым городам возможность организовать себя по своему усмотрению. Цари отлично знали, что для истинного эллина не было ничего более дорогого, чем свобода. Иными словами, основанные Селевкидами города были не «колониями», воспроизводившими тип метрополии, а подлинными новыми городами, каждый из которых представлял собой полис со своими индивидуальными чертами.
Однако органически сформировавшийся полис существовал до македонского завоевания и независимо от инициативы сирийских царей. Колонии же создавались сразу, по мановению царя, и существовали в силу хартии об их основании. Селевк Никатор, говорит автор, уроженец Антиохии, воздвигал города на месте деревенских поселков.[1159] Многочисленные рассказы о мифическом происхождении колоний были сочинены специально для того, чтобы стереть следы позднего и произвольного происхождения.[1160] Инициатива приглашения первых колонистов и определения их прав и обязанностей принадлежала царю. Аппиан описывает основание Антиохом III колонии на месте Лисимахии, разрушенной фракийцами. Царь призывал обратно бежавших граждан, выкупая тех, которые были уведены варварами, приглашал и новых поселенцев. Он распределил между ними скот и орудия труда для обработки земли. С другой стороны, он избрал этот город в качестве резиденции для одного из своих сыновей и военного центра в Европе.[1161] Антиох I для расширения Антиохии Персидской привлек колонистов из Магнесии на Меандре, подобно тому как он сам (или его отец) населил эмигрантами из этой же Антиохии Антиохию в Писидии.[1162] Апамея Фригийская оказалась наследницей Келены; Селевкия на Тигре получила колонистов из Вавилона.[1163] Первосвященник Ясон уплатил большую сумму Антиоху IV, чтобы получить разрешение организовать в Иерусалиме эллинистическую корпорацию и составить список ее членов.[1164] Понятно поэтому, что евреи при Цезарях могли претендовать — справедливо или нет — на то, что получили от Селевка I право гражданства во всех колониях, основанных этим царем.[1165]
Любой полис, разумеется, включал территорию, находившуюся в зависимости от городских властей. Македонским колониям тоже принадлежали обширные сельские территории. Когда Антиох III принял капитуляцию Скифополя и Филотерии в Галилее, равнинные области этих городов смогли снабдить продовольствием всю его армию. Полибий упоминает границу между территориями Антиохии и Селевкии в Пиерии.[1166]
Поселки, рассеянные по равнине, подчинялись юрисдикции муниципальных магистратов. Стратоникея Карийская обладала голосами в Хрисаорейской конфедерации в качестве властительницы карийских селений.[1167] Укрепленные замки держали в повиновении подчиненное население, но, с другой стороны, давали ему надежное пристанище в случае вражеского вторжения. В 197 г. до н. э. война между родосцами и македонянами на территории Стратоникеи Карийской развивалась вокруг castella.[1168] В итоге сами эти крепости превращаются в населенные пункты. Трифон Диодот, единственный подданный, которому удалось отнять царскую диадему у Селевкидов, был уроженцем одного из укрепленных пунктов в Апамейской области.[1169]
С другой стороны, если уж грек поселялся вдали от моря, то прежде всего он стремился приобрести землю, пригодную для обработки. В Дуре в 195 г. до н. э. продали часть клера «с фруктовыми деревьями, сельскохозяйственными строениями и садами».[1170] Жители колонии не удовлетворились политической зависимостью от них селений, расположенных в городской округе. Им нужны были земельные владения в их частной собственности. Десять тысяч клеров Антиохии — это десять тысяч сельскохозяйственных владений. Однако возделываемые земли редко оставались свободными, особенно в таких древних областях, как Сирия и Малая Азия. Прежние греческие колонии возникали на территориях, завоеванных вторгшимися сюда пришельцами. В селевкидскую эпоху новые мирные поселения могли появиться и распространиться только на земле царского домена, право собственности на которую было уступлено новому городу и его гражданам. Местные крестьяне обрабатывали теперь эту землю для новых хозяев на условиях, которые нам неизвестны и, возможно, не везде были одинаковыми.
1158
Европос: ср. J. Johnson. Dura Studies. These. Univ. of Pennsylvania, 1932, c. 1. Вавилон, Сузы, Селевкия в Пиерии: см. предыдущее примечание; Антиохия: OGIS, 233; Лаодикея: L. Robert. — «Rev. de Phil.», 1936, с. 126. Пользование селевкидской эрой предполагает, впрочем, применение македонского календаря.
1159
Ammian. Marcell., XIV, 8, 5: (Селевк I), «располагая множеством людей, которыми он долго правил в условиях мира, превратил деревенские поселки в укрепленные города, богатые средствами и людьми».
1169
Strabo, XVI, 2, 10, c. 752: «Действительно, (Трифон) родился в Касианах, одном из укреплений Апамейской области».
1170
Р. Doura, 1, ср. примеч. 211. О термине κληροι ср. Ad. Wilhelm. — «Sitz. Ber. Wiener Akad.», CLXXV, I, c. 51.